Имперец медленно втянул воздух, после чего с шумом выдохнул. На его лбу выступили мелкие бусинки пота. Вены на сцепленных руках надулись и энергично пульсировали.
— Палеро, — Сариф вновь заговорил, — это очень простая просьба. И у тебя нет причин мне отказывать. Сейчас он поднимется. Развернётся. Потом покинет этот город. Что же до меня — то я сдамся тебе тихо и без лишнего шума. По-хорошему.
— Боюсь, что этому не бывать, — с ложным сожалением чародейка развела руками, — однако же мне стало прямо таки интересно — откуда такое рвение с твоей стороны? Скажи мне, что в этом спайранце такого особенного, что ты так упираешься и настаиваешь, чтобы я его отпустила?
— Ровным счётом ничего. Просто я дал ему слово, что пока он будет выполнять мои поручения, с ним ничего не случится. Теперь, когда его услуги мне уже вряд ли понадобятся, я просто хочу выполнить свою часть уговора. Дать ему спокойно уйти.
— О! Ничего себе! — глаза Палеро широко распахнулись от удивления, — так вот в чём весь секрет. Контракт! Я даже и подумать не могла, что всё может крыться в этом. Теперь ты просто обязан удовлетворить моё любопытство! Скажи, он знает?
Волшебница махнула в сторону Сарена, не глядя. Сариф отрицательно помотал головой. Наёмники Свободной Компании пока стояли без движения.
— Какая жалость! Меня всегда интересовало, как же всё это работает? Что с вами произойдёт, если вы вдруг нарушите условия контракта? Думаю, это стоит проверить, — она постучала острым коготком по лакированному деревянному подлокотнику. От взгляда, которым волшебница наградила Сарена, наёмнику стало не по себе. Так, подумал он, удав должно быть смотрит на жертву, прежде чем сжать её в своих стальных объятьях.
Сариф молчал. Сейчас он напоминал скорее каменную статую, нежели живого человека. Трое наёмников остались у подъёмника, в то время как двое направились за гостями. Подойдя к имперцу, головорез положил массивную ладонь ему на плечо, после чего наклонился и произнёс на ухо:
— Ты слышал госпожу Палеро. Время пройти в «лабораторию».
— Нет, совсем не время, — покачал головой Сариф. В следующую секунду раздался резкий щелчок и в руках у него промелькнул короткий чёрный предмет — выкидной нож, который имперец держал спрятанным в рукаве рубашки. Он с размаху вонзил его в ладонь наёмника, пригвоздив последнего к своему плечу.
Тот взвыл от боли — лезвие хоть и было коротким, но, судя по всеми, имело зазубрины, которые разорвали сухожилия. Действия Сарифа выглядели настолько безумно и неожиданно, что никто не среагировал сразу. Даже Палеро сидела в своём кресле, глядя на происходящее как завороженная. Но для имперца, казалось бы, напротив — всё шло точно по плану. Отпустив рукоять ножа, он схватил наёмника за ворот кожаной куртки и потянул того вперёд, закрываясь его телом от волшебницы. И, как оказалось, сделал он это не зря. Ведь уже в следующее мгновение опомнившаяся Палеро метнула в него алую шаровую молнию. Та ударила точно в спину «живому щиту», прожигая плоть практически насквозь. В воздухе запахло палёным мясом.
Сарен больше не думал. Мысли отошли на второй план, теперь им снова руководили отточенные боевые инстинкты. Подскочив на ноги, он ловко увернулся от занесённого над своей головой меча, после чего пинком отправил кресло в подкравшегося к нему наёмника. Тот отлетел назад, но оружия из рук не выпустил. В любом случае, Сарену было уже не до него. Спайранец развернулся на месте, достав кинжал из ножен и инстинктивно выставив его перед собой.
Если ему, в отличии от того же Сарифа, и требовались доказательства своей исключительной удачи, то теперь уж точно можно было смело начинать в неё верить. Вторая молния угодила прямиком в лезвие. Похоже Ваймс всё же не ошибся насчет его уникальных свойств — кинжал поглотил магию, даже не нагревшись. И это не осталось незамеченным для Палеро. В глазах чародейки промелькнул ужас от осознания того, что расклад этой схватки может быть не столь уж и однозначным.
Имперец в этот момент высвободил свой нож. Следуя за мёртвым телом по инерции, лезвие успело основательно поворочаться в плече у Сарифа, так что теперь тот стоял, зажимая обильно кровоточащую рану свободной рукой. Прищурившись, он посмотрел на стоявшего дальше всех головореза.
— Вишудда! Маленький ты сучёнышь! — дико оскалившись прокричал имперец, — даже не надейся уйти отсюда живым! Я убью тебя, а потом займусь всей вашей шакальей стаей!
«Вишудда». Сарену было знакомо и это имя. Так звали одного из первых офицеров Свободной Компании. Вот, оказывается, кто пришёл на подмогу к Палеро. Заварушка приобретала всё более и более скверный оборот. Впрочем, спайранец и не лелеял мысли, чтобы сбежать отсюда живым. Он быстро понял тактику своего напарника — непредсказуемость и страх!