Клинок снова взмыл в воздух, подлетев аж до самого потолка — это Сариф подбросил его, чтобы запутать своих противников — а потом устремился в сторону стрелка. Лезвие угодило тому в руку, намертво прибив её к оружию. Мужчина громко взвыл, но уже в следующее мгновение напрочь забыл о своей ране. Всё было довольно прозаично — у него появились дела поважнее. Сказать точнее — раны посвежее. Зайдя сбоку, Сариф со всей силы ударил оппонента в колено, отчего то внезапно приобрело возможность сгибаться в совершенно новом и полном болезненных ощущений направлении. Но были в появлении имперца и свои плюсы. Так, например, он разом решил проблему руки и арбалета, убрав из этого «любовного» треугольника кинжал. Ненадолго, правда, ведь уже в следующее мгновение тот встретился с виском стрелка, навеки оборвав все страдания последнего.
Вот они и остались один на один.
— Твои друзья верно заждались уже на том свете, — прохрипел Сариф.
— Не стоит задерж… — а вот договорить он не успел. Маг выпустил заклятье, ориентируясь по голосу. И на этот раз оно летело точно в цель.
Сариф поспешно вытащил кинжал и бросил его в колдуна. Имперцу удалось в точности повторить трюк Сарена. Клинок из метеоритного металла прошёл сквозь Х-образный сгусток губительной энергии. Чары рассеялись, так и не достигнув цели. Но вот кинжал продолжил свой полёт. Просвистев через весь зал, он с глухим стуком вонзился в тело мага в районе солнечного сплетения. Его лицо исказила гримаса бессильной злобы, он потянулся к рукоятке, чтобы вытащить мешавшее колдовать оружие, но силы уже покидали волшебника. Выдернув кинжал из раны, он булькнул что-то нечленораздельное, выдув пару кровавых пузырей, а затем рухнул на пол.
Бой подошёл к концу.
Приземлившись на мраморный пол, спайранец осмотрелся по сторонам. С последнего раза живых здесь поубавилось. Четыре тела в черных одеждах распластались по полу в совершенно неестественных позах. Лужи крови под каждым из них явно свидетельствовали о том, что менять положение по собственной воле они уже точно не планируют.
Имперец же с интересом рассматривал оставленный наконечником арбалетного болта порез. Когда наёмник спустился в зал, Сариф медленно повернул голову в его сторону.
— Ты в порядке? — спайранец кивнул своему напарнику.
— Как видишь — умирать пока не собираюсь, — хмыкнул мужчина, отряхиваясь.
Подойдя к убитому магу, имперец перевернул тело и достал из под него кинжал.
— Хороший клинок, просто чудесный, — глядя на запачканное кровью лезвие, проговорил Сариф. Поравнявшись с наёмником, он небрежно вытер кинжал о свою одежду и вернул его обратно Сарену.
Спайранец как раз изучал тело мёртвого арбалетчика. Под просторным чёрным плащом скрывался полный комплект лёгкой кожаной брони. Небольшие тёмные пластины были идеально подогнаны друг к другу. Под ними шел тонкий кольчужный слой. Сарен даже догадывался из какого именно материала тот был сделан. На всякий случай, однако же, он достал вернувшийся к нему кинжал и сравнил.
«Да, всё верно — метеоритный металл» — его догадка подтвердилась, хоть в этом и не было никакой необходимости.
— Кто они? — вот что сейчас действительно занимало спайранца.
— Не имею ни малейшего представления, — имперец спокойно пожал плечами, — однако, как видишь, вместе с последним из «чёрных» на тот свет отправилась и единственная возможность это выяснить.
— Ладно, с этим мы ещё успеем разобраться. Кристаллы целы?
Имперец подошёл к резервуару, в который ранее угодил выстрел. На толстом стекле не осталось даже и царапины, тогда как погнутый арбалетный болт валялся рядом. Кристаллы были невредимы и, судя по всему, по-прежнему работали. Однако что-то всё равно вызывало у Сарифа неприятное беспокойство.
— Здесь не должно было никого быть. Где-то я просчитался, вот только где? — задумчиво протянул мужчина, барабаня пальцами по стеклу.
От разговоров с самим собой его отвлёк слабый, но вполне узнаваемый голос, что звал имперца по имени:
— Сариф… — он тут же обернулся на звук и увидел Палеро. Смерть уже сомкнула свои цепкие костлявые руки на её горле — об этом свидетельствовала и серьёзная рана, и то количество крови, что уже успело вылиться наружу. Но волшебница всё ещё оставалась в сознании.
Имперец опустился на пол рядом с чародейкой и взял её за руку.
— Тише, тише, — Сариф осторожно отодвинул край порванного платья, стараясь не задеть при этом арбалетного болта, — постарайся не говорить и, главное, дыши медленно. По чуть-чуть. Сейчас я что-нибудь придумаю.