Лёгкий чайный столик и два плетёных кресла выглядели здесь, в недоступном уголке Спайранского Хребта, до ужаса нелепо. Как оказались эти предметы тут и почему их попросту до сих пор не сдуло ветром?
Одному из них были известны ответы на эти вопросы. Второго же, казалось бы, факт этот совершенно не заботил. Взгляд его необычных желтых глаз был прикован к мрачным развалинам города. Несмотря на все разрушения, тут и там среди обломков зажигались маленькие огни. Чтобы хоть как-то согреться, выжившие разводили костры из всего, что попадалось им под руку. Жизнь ещё теплилась в Озере Туманов — просто теперь она приняла иную форму. Этой ночью торжество смерти было далеко от абсолюта. Всё могло быть гораздо хуже. Просперо знал это лучше, чем кто-либо другой. На его лице — обычно серьёзном и задумчивом — появилась усталая улыбка.
Но вот его спутник напомнил о своём присутствии.
— Такая чудесная ночь, — мечтательно произнёс Валентин, запрокинув голову. Теперь, когда огни Озера Туманов навек погасли, вся красота небосвода с его миллионами звёзд — от тусклых до самых ярких — снова открылась глазу.
Просперо покосился в его сторону. Одет Валентин был причудливо. Пестрый шерстяной пиджак был накинут поверх хлопковой рубашки на семи серебряных пуговицах. Тёмно-синие брюки из плотного материала, подобного которому не знали ни в Империи, ни за её пределами. Ботинки на тонкой декоративной шнуровке хоть и имели что-то общее с творениями местных сапожников, но тоже выглядели чуждо.
«Бог в деталях» — подметил про себя Просперо. Вряд ли бы кто обратил внимание на все эти мелкие несоответствия, столкнись они с Валентином на улице. Но у него сейчас было всё время на свете, чтобы подметить насколько инородно смотрелся здесь его спутник.
— Ты прямо совсем не скрываешься, как я посмотрю.
— Сложно представить, чтобы нам попалась хоть ещё одна живая душа в этих забытых всеми богами горах, — мужчина пожал плечами в ответ и взъерошил ладонью свои короткие серые волосы.
— Забытых, говоришь? Ну не скажи. Как по мне, так тут даже чересчур людно, — лицо Просперо вновь стало серьёзным, — зачем ты позвал меня сюда, Валентин?
— То есть если я скажу, что успел соскучиться по твоей компании с момента нашей последней встречи в шахтах, ты мне не поверишь? — хитро прищурившись, ответил вопросом на вопрос мужчина.
— Я отнесусь с известной долей скепсиса к любым твоим словам. С годами выработалась такая привычка, знаешь ли.
— Ммм… — промычал Валентин, — это звучит как вызов!
— Правда? — удивился Просперо.
— Однозначно, — его спутник утвердительно кивнул, — дать тебе такой ответ, чтобы места скепсису не осталось. Нечто несвойственное мне. Неожиданное.
— Неожиданное? — Просперо тихо усмехнулся себе под нос, — я надеюсь, ты понимаешь, что с учётом твоей «природы», несвойственно будет сказать мне что-то вполне закономерное и логичное.
— Именно! — воскликнул Валентин, — как раз такой ответ тебе я и приготовил.
— Ну что же, ты меня заинтриговал. Излагай.
— Я позвал тебя, мой старый друг, чтобы запечатлеть в памяти поворотный момент в истории, невольными участниками которой мы все стали уже давным-давно. Или недавно? Не могу сказать наверняка… — он остановился на полуслове, задумавшись, — знаешь, время — такая забавная штука. Очень непостоянная. Во времени так легко потеряться! Ну да кому я это рассказываю…
Валентин оторвался от созерцания звёзд и перевёл взгляд на своего спутника.
— Мне, по всей видимости.
— Или себе, — хмыкнул Валентин, — я, право, и сам до конца не уверен.
Он обернулся к чайному столику, что стоял позади, и взял с него бутылку вина. У Валентина не было с собой штопора, но мужчину едва ли смущал этот факт. Он надавил на пробку большим пальцем, а затем протолкнул её внутрь указательным. Последовал короткий «чпок». Затем — столь же краткое «буль».
Рубиновая жидкость быстро наполнила два бокала. Один Валентин протянул своему спутнику, а второй взял сам.
— За ужасный вечер, который прошёл. За прекрасную ночь, что в самом разгаре, — Валентин поднял свой бокал и, не чокаясь, сделал большой глоток. Затем он прикрыл глаза, наслаждаясь вкусом.
— Не знал, что в твоих краях делают такое вкусное вино, — заметил Просперо, тоже отпив из своего бокала.
— Пфф! Не смеши, — Валентин покачал головой, — это из местных. Маленький трофей из разрушенного ныне Озера Туманов.