— Эх… — Валентин лишь сокрушённо покачал головой, — я ведь неспроста сказал про время: в нём очень опасно теряться. Всё и все вокруг меняются, а ты так и продолжаешь нарезать круги на одном месте. До тех пор пока не проиграешь.
Рядом с колдовским перстом кочевников мелькнула вспышка.
— А вот и наш всезнающий друг, кстати, был, — Валентин картинно прикрыл рот ладонью, — упс… какая трагедия!
Просперо резко повернулся в сторону лагеря кочевников, щурясь и всматриваясь в ночную мглу.
Последовала вторая вспышка. На этот раз — самая яркая. Кристалл, что венчал колдовской перст, взорвался, орошая окрестности миллионами осколков, в то время как сама башня начала крошиться и осыпаться. Куски отрывались от неё, погребая под собой палатки кочевников. Словно следуя некоему вселенскому замыслу и расплачиваясь с заговорщиками той же монетой.
— Поосторожнее, — раздался затихающий голос Валентина, — так ведь и ослепнуть не долго.
Когда глаза Просперо вновь приспособились к полумраку ночи, вокруг уже никого не было. Только чайный столик и два кресла, неуклюже стоявшие посередине расселины, напоминали о том, что их невероятная встреча всё же имела место быть.
Глава 20
Зверь
Сарен сидел, погружённый в свои мысли.
— Ты чего такой смурной? — поинтересовался имперец, опускаясь рядом, — можешь не отвечать, это не так уж важно. У меня есть кое-что, что точно поднимет тебе настроение. Ведь все любят подарки, не так ли?
Сариф пошарил по карманам и протянул спайранцу уже известный серебряный медальон.
— Я же обещал, что ты доберёшься до своей ненаглядной Веспер в целости и невредимости. Так вот сия игрушка однозначно поможет тебе в этом нелёгком деле. Ты же уже видел, как она работает. Невидимость лишней ещё никому не была. Однако учти: заряда там осталось всего ничего, так что используй с умом.
Сарен удивлённо посмотрел на своего спутника.
— Да бери уже и можешь не благодарить. Давай-ка лучше скоротаем время до полёта за дружеской партией в карты?
Сариф сел поближе к костру и извлёк из кармана потёртую колоду. Наёмник вдруг ощутил неясное дежавю. Что-то во всём этом показалось ему до боли знакомым… но вот что?
«Наверное, просто нервы шалят и давит скопившаяся усталость» — Сарен лишь отмахнулся от странного чувства.
— А в какие игры ты играешь? — спросил он у имперца.
— Да в ту же обузу, например, — тот пожал плечами, перетасовывая карты. Сариф повторил это действие раза три, а потом внезапно принялся их пересчитывать.
— В чём дело?
— Не поверишь, я потерял одну карту… Вот демоны! Не сыграем мы, похоже, с тобой в обузу, — разочарованно пробормотал имперец.
Неприятный холодок пробежал по спине у наёмника, когда рука его, машинально опустившись в карман дорожной сумки, нащупала там недостающую карту. Ту самую, что он таскал с собой с тех пор, как покинул Кабанью Пущу. Ту самую, что припрятал, дабы не проиграть последний кон.
Сарен молча достал её и протянул Сарифу. Увидев карту, тот несколько секунд смотрел на неё как завороженный, а потом тихо засмеялся.
— А я всё думал — куда же она подевалась?
— Так в какие игры, говоришь, ты там играешь? — медленно повторил наёмник.
— С тобой, Сарен? — имперец взял у него из рук карту и подмешал её обратно в колоду. После этого он убрал их в пачку и бросил ту в сумку.
— В самые разные… кроме обузы.
«Зря я на это согласился».
Сарен повторял эти слова про себя каждый раз, когда сильный порыв ветра ударял в рукотворные крылья. В такие моменты его крохотная фигурка резко взмывала вверх, чтобы уже в следующую секунду рухнуть вниз. Наёмник старался не задумываться о том, что может выйти из всей этой безумной авантюры с полётом. Он просто парил в непроглядном сумраке ночи, следя за своим напарником. Сариф летел в полусотне метров перед ним — лишь маленькая чёрная точка на фоне освещённого сиянием колдовского перста небосвода. На этот свет они и ориентировались. Других целей, правда, всё равно уже не осталось, так что сбиться с пути было довольно сложно.
Его план, если таковой вообще был, состоял из того чтобы долететь до лагеря кочевников, засадить копьём в башню, после чего — благополучно приземлиться и отыскать Веспер. После этого момента всё становилось гораздо туманнее. Ну вот спасёт он оборотня, а что потом? Как Сарен ни старался, ему сложно было представить себя вместе с Веспер. Что поделать — уж слишком сильны были воспоминания о «прощальном» сне, что оставила ему девушка. Чувства разочарования и отверженности до сих пор резонировали у него в груди, стоило мыслям лишь двинуться в сторону оборотня. И всё же что-то заставляло его упорно идти вперёд. Так, словно спасение Веспер было едва ли самым главным смыслом всей его жизни.