Пламя костра угасло. Вокруг снова воцарилась ночная мгла. Свет колдовского перста почему-то уже не казался Сарену таким ослепительно ярким, как раньше. Теперь он мог отчётливо видеть лагерь кочевников, что расстилался под ними. Сколько же их было! Палатки шли нескончаемыми рядами, перемежаясь с осадными орудиями и стоящими на привязи скакунами. Только теперь Сарен понял, сколь разрушительная сила пришла в Империю.
Нет, они не закончат эту войну. Ни здесь и ни сейчас. Каким бы не был исход их дерзкого выпада, сегодня всё только начинается. И продолжаться будет ещё очень и очень долго.
«Похоже, Сариф, ты всё же ошибся» — подумал про себя спайранец. В этот момент чёрная точка впереди него стремительно ушла влево. Имперец оказался аккурат над пылающим кристаллом, что венчал колдовской перст. Сарену показалось даже, что он видит копьё, брошенное его напарником. Но это было лишь игрой его воображения. Они были слишком далеко друг от друга, а копьё — ничтожно мало.
Он ждал взрыва. Но ничего не происходило. Башня по-прежнему стояла, в то время как маленькая чёрная фигурка отдалялась прочь. Ещё секунда, другая — и наёмник упустил Сарифа из поля зрения.
«И что теперь..?»
Внезапно, ослепительная вспышка возникла там, где ещё недавно проносился имперец. И в этой сфере безумно яркого света он увидел его. Едва различимый, но всё же такой знакомый силуэт.
Свет погас и объятый плотным серым дымом комок устремился вниз. Крылья сгорели, да и сам механизм вряд ли выдержал магический удар. Без их помощи уже ничто не могло удержать имперца в воздухе. Только было ли ему до этого сейчас дело? Маловероятно.
Как выразился сам мужчина: «когда ты мёртв, значение имеет не в пример меньшее количество вещей».
Сарен почувствовал, как всё внутри у него покрывается толстой коркой льда. Пронёсшаяся мимо смерть обдала его могильным холодом, напоминая о своём неизбежном визите. Оставшись один в этом негостеприимном небе, спайранец ощутил себя как никогда одиноким. План их рухнул на землю вместе с грудой обугленных останков. Рассыпался в прах, так, будто его никогда и не было. Спайранец отвёл руку за спину и отстегнул от рюкзака своё копьё. Он всё ещё был жив. В его руках — тот самый второй шанс, заготовленный Сарифом.
«Давай смотреть на вещи, как они есть, дружище» — собственные мысли прозвучали у него в голове голосом имперца.
«Все эти разговоры о том, что на крайний случай можно и просто улететь восвояси — полнейшая брехня. Ты видел их лагерь. Он огромен. Неужели ты думаешь, что этой шарманке с крыльями хватит сил донести тебя до его пределов? Скоро волшебство подойдёт к концу и ты тоже поджаришься».
Кристалл приближался.
«Он чувствует тебя. Знает, что ты задумал. Поздно поворачивать назад. Ты либо одержишь победу, либо сдохнешь».
Руки крепко сжимали древко. Сарен открыл глаза и резко ушёл вправо. Он обходил башню по кругу, выбирая удачный момент для броска. Момент, когда ветер ударит ему в спину и подхватит брошенное копьё. Спешить было нельзя, но и промедление было подобно смерти.
«Вот оно!» — поток воздуха ударил в расправленные крылья и бросил наёмника прямо навстречу кристаллу. Он оказался слишком близко: ослепительная молния устремилась к нему, чтобы разделаться с дерзким спайранцем. Но копьё оказалось быстрее.
Только лишь бекзалитовое острие коснулось неровной грани кристалла, как сияние его потускнело. Словно кто-то потушил освещавшую комнату лампу. Молния растворилась в ночной мгле, так и не достигнув цели.
У него получилось!
Нападение на лагерь не осталось незамеченным для его обитателей. В чём-то Сариф всё же оказался прав — никто не ожидал атаки с воздуха. И если пролетевшее мимо цели копьё имперца не обратило на себя много внимания, даже угодив в одну из палаток, то вот вспышка от сработавшего колдовского перста в небе точно заставила кочевников зашевелиться.
Оставалось лишь догадываться, какой переполох в их лагере вызвал не в пример более удачный бросок Сарена. Впрочем, последнему любое смятение и хаос были сейчас только на руку. После того как кристалл в главной башне приказал долго жить, все остальные меры защиты тоже бездействовали. Воцарившаяся тьма надёжно скрывала медленно спускавшегося вниз спайранца — пока что он решил не использовать выданный Сарифом артефакт. Невидимость была чересчур ценным козырем и не стоило расставаться с ней без особой надобности.