— Что-то я не припомню, чтобы нам хоть кто-нибудь встречался, — недоверчиво отозвался Сарен.
— Ну я же и говорю, что угодья здесь именно что были. Тогда. Давно, — невозмутимо ответил имперец и махнул рукой в сторону леса, — многие годы как эти владения стоят заброшенными. Уже одного этого было бы вполне достаточно, чтобы не соваться сюда лишний раз простому люду.
— Лукавишь, Кайрен, — раздался сбоку низкий голос Реммонда, — если уж взялся рассказывать об этих местах, да уж так дотошно, чтоб уходить в историю, то давай не смешивай правду с вымыслом.
— Твои слова, да в уши б тем, кто пишет религиозные и исторические тексты, дружище, — едко усмехнулся имперец, — обидно, что именно до них то они и не дошли, да?
— Я бы на твоём месте не загадывал, авось жизнь и так повернётся, что сядешь за летописи, да архивы, — ловко парировал Реммонд.
— Так хочется на моё место? — Кайрен хитро прищурился, — контрабандиста за язык никто не тянул, все свидетели. Замолкаю. Дальше вещать тебе.
Реммонд усмехнулся и тряхнул головой. «Манёвр» имперца разве что позабавил мужчину и он тут же перенял эстафету повествования из его рук.
— Кайрен умолчал о том, что на втором округе Империи глухой лес без намека на цивилизацию и уж тем более блокпосты и досмотры — это такая редкость, что пустовать попросту не может. В общем, с тем как в стране ужесточался контроль над «серой» торговлей, безымянный лес становился всё более привлекательным для людей вроде нас.
— И понимай это как хочешь, — тихо усмехнулся Кайрен.
— Это дым в мою сторону сдуло или кто-то начал язвить втихую? — грозно спросила Йолли, которая в тот момент была аккурат за спиной у имперца.
— Дым. Однозначно это дым всему виной. Я бы никогда… ты же знаешь, Йолли, — он поспешил уверить женщину в своей невиновности.
— Очень хорошо. А не то я уж грешным делом подумала, что кому-то вместо кролика в похлёбке гузно скунса попалось… — продолжая грозно смотреть на Кайрена произнесла женщина. Переведя взгляд на Реммонда, она смягчилась и добавила, — пожалуйста, продолжай, дорогой.
— Ну, а дальше всё пошло как по накатанной. Как только через лес начали сновать туда-сюда контрабандисты и просто мелкие дельцы всяким хламом, сюда тотчас же подтянулись и разбойничьи банды. Первые пару-тройку лет с этой напастью кое-как справлялись: мелочь сбивалась в группы и нанимала с собой отряды охраны, а те что посерьёзнее — решали эти проблемы каждый по-своему. Мало кому хотелось навлекать на себя гнев Экзо ради сиюминутной выручки, а масори просто не пользовались дорогами, идя напролом через самую чащу.
При этих словах Квар издал некое подобие сдавленного смешка. Сидевшие вокруг костра разом обернулись на лягушку. Однако тот лишь пожал плечами в ответ, не став ничего объяснять.
— Правда, Сарен, чтобы тебя не обманывать, сами мы всего этого не застали. К тому моменту, как мы присоединились к Синдикату и начали работать, маршрут этот уже лет семь как был закрыт, — продолжал Реммонд.
— С чего вдруг, всё же было так хорошо? — удивилась сидевшая до того в безмолвии Веспер.
— Всё идёт своим чередом. На каждого полудурка находится ещё больший «умник». Сюда заявились Алые Кушаки и им до Экзо и его «возмездия» не было ровным счётом ни-ка-ко-го дела, — вполголоса проговорил Кайрен.
Реммонд и Йолли неодобрительно покосились на него.
— Алые Кушаки долгое время были самой свирепой бандой головорезов во всей Империи. Их насчитывалось не много, ни мало — больше полутора сотен человек. Целая небольшая армия! Этот лес они знали как свои пять пальцев и охоты устраивали здесь не хуже, чем императорское семейство за несколько веков до них, — пояснил контрабандист, — поговаривали даже, что своё название они берут от одного дикого обычая: окрашивать полосу белой парусины кровью первой убитой жертвы.
— Ага, а потом кровь эта магическим образом никогда не сворачивалась, вечно оставаясь алой… Страх то какой… — Кайрен от души рассмеялся.
— Господин Таннис, ну нехорошо же, — Джером легонько толкнул имперца под бок.