Сарен молча достал её и протянул Сарифу. Увидев карту, тот несколько секунд смотрел на неё как завороженный, а потом тихо засмеялся.
— А я всё думал — куда же она подевалась?
— Так в какие игры, говоришь, ты там играешь? — медленно повторил наёмник.
— С тобой, Сарен? — имперец взял у него из рук карту и подмешал её обратно в колоду. После этого он убрал их в пачку и бросил ту в сумку.
— В самые разные… кроме обузы.
«Зря я на это согласился».
Сарен повторял эти слова про себя каждый раз, когда сильный порыв ветра ударял в рукотворные крылья. В такие моменты его крохотная фигурка резко взмывала вверх, чтобы уже в следующую секунду рухнуть вниз. Наёмник старался не задумываться о том, что может выйти из всей этой безумной авантюры с полётом. Он просто парил в непроглядном сумраке ночи, следя за своим напарником. Сариф летел в полусотне метров перед ним — лишь маленькая чёрная точка на фоне освещённого сиянием колдовского перста небосвода. На этот свет они и ориентировались. Других целей, правда, всё равно уже не осталось, так что сбиться с пути было довольно сложно.
Его план, если таковой вообще был, состоял из того чтобы долететь до лагеря кочевников, засадить копьём в башню, после чего — благополучно приземлиться и отыскать Веспер. После этого момента всё становилось гораздо туманнее. Ну вот спасёт он оборотня, а что потом? Как Сарен ни старался, ему сложно было представить себя вместе с Веспер. Что поделать — уж слишком сильны были воспоминания о «прощальном» сне, что оставила ему девушка. Чувства разочарования и отверженности до сих пор резонировали у него в груди, стоило мыслям лишь двинуться в сторону оборотня. И всё же что-то заставляло его упорно идти вперёд. Так, словно спасение Веспер было едва ли самым главным смыслом всей его жизни.
Оглядываясь сейчас назад, спайранец отчётливо видел, как одна авантюра тянула за собой другую, ещё более безумную. Видел он и бесконечные возможности отказаться от участия во всём этом — до того, как уже стало слишком поздно что-либо менять. Правильно всё таки говорят, что беды берут своё начало с самых благих намерений. Так вот и он, решив в своё время спасти несчастного оборотня из лап работорговцев, теперь играл самую непосредственную роль в начале войны. Той самой, что грозилась захлестнуть не только Империю, но и весь континент.
«Нет!» — Сарен резко мотнул головой из стороны в сторону, отчего поток встречного воздуха сперва подбросил его вверх, а потом утащил куда-то вправо. Благо, спайранцу хватило самообладания и сноровки, чтобы выровнять своё положение. Устойчивость, что давали крылья у него за спиной, была обманчива. Каждую секунду наёмнику приходилось бороться с сильными порывами ветра, чтобы только придерживаться выбранного курса.
«Сейчас мне точно не стоит заниматься двумя вещами» — подумал он про себя, — «без надобностями размахивать конечностями и навешивать на себя чужие прегрешения».
И правда, даже если бы он и отказался тогда помогать Сарифу, то имперец наверняка нашёл бы кого-нибудь ещё. Могла ли темница Палеро удержать его? Навряд ли. Сарен нашёл взглядом чёрную точку впереди. Его «компаньон» летел ровно и уверенно, взяв курс точно на колдовской перст. Наёмник задумался. Была ли рассказанная имперцем история правдой или только похожа на неё? На первый взгляд всё сходилось — связь с Синдикатом Бати, противостояние с другими имперскими группировками и заговор диких магов, грозивший вылиться едва ли не в самый натуральный конец света. Вот только при ближайшем рассмотрении становилось понятно, что во всей этой истории белых пятен едва ли не больше, чем всего остального. И сосредоточены эти недомолвки в основном были вокруг самого Сарифа. Откуда он взялся? Как затесался в ближайшее окружение к затворнику Экзо Бати? Стоило ли говорить о том, сколько вопросов вызывали богатые познания имперца буквально во всём. В мире, где информация передвигалась со скоростью умирающей черепахи, Сариф был в курсе самых актуальных событий и внутренней кухни практически всех средоточий власти — как официальной, так и криминальной. Сколь обширной и эффективной бы не была в своей работе агентурная сеть Синдиката, даже она вряд ли могла обеспечить Сарифу такую точность. И ведь при всём этом, сам он не являлся ни частью Синдиката, ни какой-либо другой группировки. Один человек, он одновременно вёл войну с кочевниками, нагло путал карты заговорщикам, шёл поперёк воли Императора и даже каким-то чудом умудрился избежать неминуемой смерти в Хогге.
Сарен не сводил глаз с чёрной точки. Очевидная, но вместе с тем и невероятная мысль яркой искрой металась у него в голове.
В своих размышлениях он допустил всего одну ошибку. Принял единственную деталь как незыблемую данность и отталкивался от неё во всём остальном. Но именно она и была здесь лишней — ибо стоило только вынести её за пределы всей логической цепочки, как всё сразу же вставало на свои места.
Его «компаньону» совершенно не обязательно было быть человеком…
Чем дольше он находился в небе, тем глубже погружался в собственные мысли, и тем нереальнее становился для него окружающий мир. Спайранец нёсся навстречу холодному яркому солнцу, которое светило ему из какого-то другого мира. Его полёт проходил в полнейшей невесомости. Казалось, стоит лишь на секунду закрыть глаза, моргнуть недостаточно быстро, — и всё вокруг перестанет существовать.
Это было невероятно, но любое воспоминание, всплывавшее ненароком в сознании, представало перед взором Сарена с необычайной яркостью. Он буквально проживал тот момент, переносясь на мгновение через пространство и время.
— Ты знаешь, что во всей этой истории самое забавное? — два пылающих огонька, казалось, смотрели ему прямо в душу. Ставшая ненужной маска спала с лица имперца, обнажая совершенно иную, отнюдь не человеческую природу, что скрывалась под ней всё это время, — это её интрига…
— И в чём же она заключается? — сухо спросил наёмник.
— Ты надеешься спасти девушку, которая тебя отвергла. Я — остановить конец света, который уже начался. Каждый из нас уверен, что другой — просто глупец, и всё это для него закончится только смертью. Ну а себя мы усердно убеждаем в том, что, совершив задуманное, сможем вернуть всё на круги своя. Так вот, самое забавное здесь — то, что оба мы, скорее всего, заблуждаемся.
Пламя костра угасло. Вокруг снова воцарилась ночная мгла. Свет колдовского перста почему-то уже не казался Сарену таким ослепительно ярким, как раньше. Теперь он мог отчётливо видеть лагерь кочевников, что расстилался под ними. Сколько же их было! Палатки шли нескончаемыми рядами, перемежаясь с осадными орудиями и стоящими на привязи скакунами. Только теперь Сарен понял, сколь разрушительная сила пришла в Империю.
Нет, они не закончат эту войну. Ни здесь и ни сейчас. Каким бы не был исход их дерзкого выпада, сегодня всё только начинается. И продолжаться будет ещё очень и очень долго.
«Похоже, Сариф, ты всё же ошибся» — подумал про себя спайранец. В этот момент чёрная точка впереди него стремительно ушла влево. Имперец оказался аккурат над пылающим кристаллом, что венчал колдовской перст. Сарену показалось даже, что он видит копьё, брошенное его напарником. Но это было лишь игрой его воображения. Они были слишком далеко друг от друга, а копьё — ничтожно мало.
Он ждал взрыва. Но ничего не происходило. Башня по-прежнему стояла, в то время как маленькая чёрная фигурка отдалялась прочь. Ещё секунда, другая — и наёмник упустил Сарифа из поля зрения.
«И что теперь..?»
Внезапно, ослепительная вспышка возникла там, где ещё недавно проносился имперец. И в этой сфере безумно яркого света он увидел его. Едва различимый, но всё же такой знакомый силуэт.