— Ага, а потом кровь эта магическим образом никогда не сворачивалась, вечно оставаясь алой… Страх то какой… — Кайрен от души рассмеялся.
— Господин Таннис, ну нехорошо же, — Джером легонько толкнул имперца под бок.
— А по-моему, он всё верно говорит, херня это какая-то, а не история. У них кушаки в жизни бы алыми после такой «покраски» не остались! — тут же возразил своему товарищу Боливар.
— Эй, ребят, да какая к черту разница?! — начал раздражаться Реммонд, — подпоясаны они были красными лентами, а легенду под это тебе любой пьянчужка и без кровавых жертвоприношений придумает — только знай, подкидывай ему на выпивку порой.
— Если позволишь, отсюда я продолжу сам, — вмешался Кайрен, — скучную часть ты рассказал, так что твоя помощь более не потребуется.
— Замечательно, а то я уже начал мнить себя кем-то важным, с таким-то вниманием к собственной персоне. Не создан я для этого, — съехидничал Реммонд.
Кайрен совсем пропустил его едкое заявление мимо ушей, тут же подхватив историю как ни в чём не бывало.
— В общем, хозяйничали они тут несколько лет кряду, пока только самые отчаянные через лес ходить не начали. Даже Экзо, и тот рукой махнул, после того как тысяч двадцать золотом потратил на их истребление. Так и сказал: «Мне мои люди дороже любых денег. Ноги их в этом лесу сраном больше не будет!» Он тогда ещё знатно разругался со Свободной Компанией, иначе и не скажешь: они ему за баснословные деньги личную армию организовали, а Алые Кушаки их порезали, заодно и караванщиков прихватив. Ух, Сарен, никому не пожелал бы я видеть в тот момент Экзо — он тогда каменную стену в своём доме в крошку измолотил от злости. Стоит отдать ему должное, правда, — всех своих, кто лес преодолел при Алых Кушаках, он отправил на бессрочный отдых, назначив каждому по полсотни золотых в месяц жалованьем до самой смерти.
Сарен только присвистнул от такого заявления. Пятьюдесятью золотыми в месяц с трудом могли похвастаться даже высокопоставленные чиновники Гидона, а вполне ещё трудоспособных контрабандистов Синдикат с лёгкой руки отправлял отдыхать до конца их дней за пережитый ужас. Вот и думай, как говорится, туда ли ты пошёл, особенно после таких то историй. Как бы там ни было, Экзо Бати начинал нравиться спайранцу всё больше и больше.
— Всё верно ты подумал. Экзо хоть и отбитый на всю голову, но щедрости ему не занимать. Да чего таить, я право в жизни не видел, чтобы кто-то за каждого своего человека так убивался, как он, — заметил Кайрен.
— Тут я с тобой соглашусь, — подал голос Оливер Мунн. До этого момента маэстро молчал, внимательно следя за ходом беседы, — многим стоило бы у него поучиться.
— Каким бы замечательным не был наш бессменный лидер «серых» торговцев, даже ему Алые Кушаки оказались не по зубам, — пожал плечами Кайрен, — однако всё изменилось буквально в одночасье. Лес перестал быть опасен. Но ходить сюда тоже перестали, кстати, даже самые отчаянные. Такой вот, понимаешь ли, оксюморон. Зато из безымянного, он хоть названием обзавёлся.
— Что-то я ничего в этой истории не понимаю, — Сарен покачал головой.
— Да ты не стесняйся, — усмехнулся имперец, — потому как не ты один не можешь взять в толк, что же это было. А было, собственно, вот что… В одну ночь нападения прекратились. Прямо совсем. Но ведь, как говорится, больная голова кривой осторожностью не ограничивается. Такие лезут к самим демонам в зад. Так вот и те, кто тогда пошел пытать удачу в безымянном лесу, через какое-то время уже начали медленно ехать крышей — три дня идут, а никто их и резать не пытается. Вот они и направились к Алтарю.
— Так логово Алых Кушаков называлось, — пояснил Реммонд, — ещё со времён графского правления осталась корчма. Бандиты её облюбовали, даже починили в меру, да так там и обитали.
— В общем, когда наши торгаши туда пришли, то увидели такое. Бежали они потом из леса так быстро, что всего за пару дней выбрались, хоть и с разных сторон, — добавил Кайрен.
— Боги… — наёмник устало вздохнул и закрыл лицо руками, — ну хватит уже нагонять жути. Что они там такого увидеть могли?
— Нашлось чего, ты уж поверь, — хмыкнул Кайрен, — я если бы такое увидел, проблем с пищеварением до конца дней точно бы не имел. А было там вот что: полторы сотни разбойников кругами выстроились, а в центре — та самая корчма. Чтобы ты понимал всю жуть, которую мы нагнать отнюдь не пытались, — мёртвые, все до единого. Но примечательно не это, отнюдь. Реммонд, твоя очередь, ты с ними общался.
— Опять спихиваешь на меня детали? — усмехнулся контрабандист, — в общем, нашли Алых Кушаков стоящими на коленях вокруг их логова. Пять кругов, каждый из трёх десятков человек. У всех оторваны правые руки по плечо, а левые сжимают вырванное сердце. Кушаков, к слову, при них не было.
— Что за дикость? — скривилась Веспер, — оторванные руки, вырезанные сердца? Что вообще творилось в этом лесу?!
— Ох, девочка моя, кто б знал, — вздохнул имперец, — да только лес этот уже лет семь как остаётся самой главной загадкой для целой кучи народа по всей Империи. Ты далеко не единственная, кто хотел бы знать, что здесь приключилось.
— В самой корчме нашли их главаря — Хиво Резчика. Кто-то вспорол ему брюхо, а потом утопил в ведре полном его же собственной крови, — Реммонд неприязненно морщился во время повествования, словно картина произошедшего вырисовывалась у него перед глазами с каждым словом, — убийца оставил вполне явное послание, наказав Алых Кушаков за их кровожадность. Ну а недостающие части тел… их тоже нашли, через пару дней. Причём весьма неприятным образом.
— Ага — когда эти самые руки начали падать вниз, на слишком любопытных охотников за наживой, — почему-то эта деталь истории особенно забавляла Кайрена.
— «Падать»? В смысле? — скептически посмотрела на Реммонда с Кайреном оборотень.
— В том и смысле, что руки эти были привязаны к веткам деревьев вокруг той корчмы и сжимали они сабли, которыми орудовали бандиты. На тех самых алых кушаках и были подвешены, — пояснил Реммонд.
— Ох и переполошился же после этого Порочный Картель, — добавил имперец, — тысячу золотом назначили за головы виновных. И это, заметьте, после того, как они отрицали какую бы то ни было связь с Алыми Кушаками. Даже вроде как «меры» против них принимали. Но тут сразу стало ясно, откуда у этой шайки ноги росли.
— Скажите мне теперь ещё, что Бати или его Синдикат не был к этому причастен, — Сарен поднял полную вина кружку, — даже золото готов на это поставить.
— Тогда готовь деньги, потому как Экзо сам назначил две тысячи сверху награды Картеля только за то, чтобы таинственного убийцу из безымянного леса доставили именно ему, а не им. Непременно — живым и невредимым. Он тогда ещё распинался, что «утопит» этого неизвестного героя в золоте, ежели тот окажется человеком… ну или хотя бы человекоподобным, — тут же выпалил Кайрен.
— Человеком, однако, это существо быть никак не могло, — возразил Реммонд, — ибо как выяснили позже, все разбойники были убиты в один день, причём в пределах тысячи шагов от корчмы. Дальше просто следов не нашли. Вот и гадай, кто умудрился меньше чем за пару часов извести целых полторы сотни человек. И ведь выловил их прежде по лесу, а потом расставил не окоченевшие ещё трупы и сабли подвесил… Чертовщина, да и только.
— А это… не могли быть упыри из проклятых болот? Тут ведь совсем рядом, — предположил спайранец.
— Скажи мне, Сарен, ты об упырях из болот знаешь по страшилкам, что рассказывают у костра, или же тебе самому доводилось с ними сталкиваться? — внезапно серьёзным тоном спросил Кайрен, посмотрев наёмнику прямо в глаза.
Сарен и Веспер переглянулись. Квар заметил повисшую в ожидании ответа тишину и тут же сделал вид, что сосредоточенно уплетает похлебку из своей миски.