— Вот оно что, — с лёгким разочарованием в голосе произнёс Сарен, — да, я слышал что-то подобное. Что же делать… что же делать…
Уперевшись коленом в спину разбойнику, он прижал его плотнее к земле. Вытащив из-за спины нож, он поднёс его к уху мужчины и медленно произнёс:
— Как думаешь, ты сможешь прожить без уха? Или, может быть, без носа? Можем выяснить — будем отрезать от тебя по кусочку. Как тебе такая идея?
Глаза мужчины нервно забегали. В них промелькнул страх.
— Эй! Какие ещё кусочки? Ты чего удумал, сука?!
— Порезать тебя я удумал. Так что лучше начинай говорить и не останавливайся. И если я услышу от тебя ещё раз «сука», «мразота» или ещё что в этом духе — останешься у меня без языка, понял?
Разбойник тяжело сглотнул.
— П-понял.
— Вот и молодец. Теперь говори — кто вас подослал? — Сарен немного ослабил хватку, но всё ещё держал кинжал у самого лица мужчины, готовый вогнать его ему между глаз при первом же неверном движении.
— Рам! Рам послал, — тут же выпалил разбойник.
— Кто такой ещё «Рам», мать твою? — раздраженно спросил спайранец.
— Ну, ты же его видел! Рам «Жаба». Он заправляет ломбардом. Сказал, что к нему заходил какой-то деревенщина, что у него с собой перстень. Велел пойти следом, а как зайдёт в какую подворотню — дать по башне и кольцо забрать. Чтоб демоны его мамашу драли, чертова жаба! Ни за что не согласился, если б знал, что тут такое!
— Мне это, конечно, очень интересно. Занимательная история. Я даже уже не злюсь на тебя за разбитую бровь, — с явной иронией произнёс Сарен.
— Правда? — с надеждой в голосе спросил разбойник, попытавшись вывернуться так, чтобы видеть наёмника. Но тот лишь сильнее заломил ему руку и уткнул лицом в землю.
— Нет, я соврал. Мне всё ещё хочется покрошить тебя прямо здесь. Убеди меня этого не делать.
— Но я всё сказал! — в отчаянии прохрипел разбойник.
— Так уж и всё? — не поверил ему Сарен, — как вы договорились встретиться, чтобы передать кольцо? Позывной? Зайти с чёрного хода?
— Я его самого с чёрного хода за такие «поручения»! — выругался мужчина.
— Можешь хоть всех друзей с собой захватить и оргию там устроить. Мне ваши планы, разумеется, очень интересны, — скучающим тоном произнёс Сарен, — что с вашим уговором?
— Он закрыл ломбард сейчас. Постучишь четыре раза — два быстро и два медленно, он и откроет. Так не заходи, он может с арбалетом за прилавком сидеть — сразу выстрелит.
— Откуда такая забота, засранец? — усмехнулся наёмник.
— Мне с тобой общения хватило, я же не дурак к тебе лезть. Но вот Рам, сука, подставил нас с парнями знатно. Один хер с ним надо поквитаться, так что ежели ты его грохнешь, мне же лучше — а то ещё потом со стражей разбираться, — внезапно, разбойник проявлял чудеса рассудительности.
— Ну что, спасибо и на этом.
— Отпустишь теперь? — в голосе мужчины снова забрезжила надежда.
— Само собой. Как проснёшься, иди хоть на все четыре стороны! — кивнул Сарен.
— Чего? — удивился разбойник, — но я же не сплю…
Рукоятка кинжала с глухим стуком прошлась по затылку пленника, отправив того в мир грёз.
— А вот тут ты неправ, дружок, — ухмыльнулся наёмник.
Пострадавшая в уличной потасовке бровь кажется перестала кровоточить. Сарен осторожно потрогал висок и лоб двумя пальцами — самого прикосновения он не почувствовал за приличных размеров шишкой, но вот голова его тут же отозвалась неприятным гулом. Ему не хотелось даже и думать о том, как плохо всё это должно было сейчас выглядеть.
Отряхнувшись и приведя себя в более или менее опрятный вид, Сарен подхватил с земли дорожную сумку и поспешил обратно в ломбард. Если у него и было время до того, как Рам заподозрит что-то неладное, то оставалось его в запасе совсем немного. Подосланные жадным торговцем разбойники слишком долго караулили наёмника по улочкам и подворотням, так что заказчик уже, наверное, нервно мерил шагами захламлённое пространство своей лавки.
Теперь, когда маскировка Сарена по большей части сошла на нет, уличные торговцы и попрошайки почти не обращали на него внимания. Грязный и с синеющий шишкой вместо брови, он представлял для занимавшихся уличным промыслом мало интереса. Последнее, впрочем, было ему только на руку. Когда этот «хитрый» план деталь за деталью вырисовывался в голове у спайранца, он совершенно упустил аспект того, что вся эта затея могла вызвать весьма явное неодобрение со стороны стражей порядка. Нет, разумеется, то, что он делал до сих пор их беспокойства бы не вызвало — стража стала бы участвовать в их потасовке только происходи всё это дело на одной из центральных улиц. Даже если сейчас один из разбойников и решит сообщить о не в меру резвом «госте» Озера Туманов властям, вряд ли кто станет искать Сарена по грязным улочкам и закуткам Ржавки. Несмотря на всю видимость порядка, что царил на улицах, город этот отнюдь не был образцом порядочности, да и вряд ли когда-либо являлся таковым за всю свою историю. Просто здесь тёмные дела творились с большим изяществом и размахом, что ли. Бандиты могли пересчитать рёбра незадачливому визитёру, а карманники — существенно облегчить кошелёк неосмотрительного прохожего, но убийства здесь были большой редкостью. Озеро Туманов было скорее главным местом совершения сделок во всей Гидонианской Империи. Сделок, в своём большинстве, нелегальных.
Вполне естественно, что в такой атмосфере «спокойного беззакония», никто не собирался защищать получивших по голове разбойников. Другое дело, что план Сарена предусматривал теперь визит к Раму «Жабе», который был отнюдь не бандитом, а одним из звеньев длинной торговой цепи. Честным человеком, который, правда, вёл не всегда честные дела. Повод для визита здесь не имел особой важности, главным было другое — тон предстоящего им разговора. Который, к слову, обещал быть скорее агрессивным. Подобное как раз и могло заинтересовать стражей правопорядка. Да что там, даже вызвать вполне уместное негодование, ведь именно владелец ломбарда являлся одним из спонсоров их сытой и счастливой жизни. Причём далеко не в форме налогоплательщика.
Сарен остановился перед дверью ломбарда. За мыслями дорога пронеслась совершенно незаметно. Хотя может быть просто он всё это время петлял вокруг лавки?
«Четыре удара: два быстрых, два медленных» — повторил про себя наёмник. Подумав немного, он добавил: «а потом начинай молиться, чтобы это не было командой заряжать арбалет».
Мужчина ударил по тяжелой двери четыре раза — всё как и сказал ему разбойник. Какое-то время изнутри не раздавалось ни звука и Сарену оставалось только гадать, чем в этот момент был занят торговец. Да и на месте ли он вообще?
Донёсшиеся из-за двери звуки шагов подтвердили — Рам был тут. И сейчас ему предстояло поплатиться за опрометчивое решение не ставить на дверь глазок. У его предшественника, насколько помнил Сарен, на этот случай в ломбарде жил целый выводок крыс, из-за которых старик Кох и получил своё прозвище. Они начинали истерично пищать и прятаться, когда к ломбарду приближались незваные гости. Работало безотказно. Во всяком случае — так утверждал сам Кох. Рам «Жаба», как оказалось, животных не любил, а глазок на дверь поставить не удосужился, ибо думал, что живёт в гораздо более спокойные времена. И в этом он был почти прав.
Почти.
— Где вас так долго носило, шельмы? Вас только за смертью посыл… — торговец осёкся на полуслове, да так и застыл с открытым ртом. Глаза его расширились от накатившей волны страха — «Жаба» ждал совсем других гостей.
— Я тут подумал над твоим предложением, — как ни в чём не бывало произнёс Сарен и лицо его озарила добродушная улыбка. Последняя особенно хорошо сочеталась с размазанной по лицу кровью из рассечённой брови.