– И испортить самую большую сплетню в Хьюстоне? Ты шутишь? Высокопоставленная военная свадьба может настолько поднять моральный дух армии, что президент нас просто расстреляет за государственную измену, если мы попытаемся ее скрыть. Нет, пусть все видят. Я думаю, стоит устроить военную свадьбу – с почетным караулом, саблями наголо и всем прочим. А твой приятель Тед будет шафером…
Я покачал головой.
– С таким же успехом он может стать подружкой невесты. Все зависит от того, какое тело он будет носить в тот момент.
– Ну, не знаю. Он хорошо смотрится в розовом? Я подумываю о розовых платьях для свадебного кортежа. По-моему, мне не стоит надевать белое на моей второй свадьбе. Как ты думаешь? Как, по-твоему, я обойдусь без белого платья, фаты и всего прочего? О мой бог, где я возьму время для примерок? А может быть, нам обвенчаться в мундирах? И боже мой, кто займется приемом гостей? Да, и не забыть бы про хрусталь и столовое серебро для свадебного обеда.
Теперь я уже точно знал, что она шутит.
– Хорошо, хорошо. – Я крепко прижал ее к себе. – Все, что хочешь, дорогая. Танцующих дельфинов, поющих собак, упряжку бойскаутов, слонов, пингвинов, стриптизеров, клоунов, жонглирующих медведей, шутихи, фейерверки…
Мы немного помолчали.
– Знаешь, чего я действительно хочу? – Чего?
– Шоколадного мороженого. Как ты думаешь, сможем мы достать шоколадное мороженое, я имею в виду – с настоящим шоколадом?
– А ты знаешь, сколько сейчас стоит шоколад?
– А ты знаешь, как я люблю шоколад? Я вздохнул: – Придется мне взять ссуду. Если хочешь шоколада, ты его получишь.
– М-м-м, отлично, по рукам! – Мы снова помолчали, потом Лиз спросила: – А тебе чего хочется, Джим?
– Не знаю. Дай мне минуту подумать.
Мы сидели и прислушивались к вечернему бризу. Он доносил запах моря – успокаивающий соленый влажный запах, и еще к нему примешивался едва заметный зеленый запах земли.
Наконец я шумно выдохнул воздух.
– Ну что? – спросила Лиз, повернувшись ко мне.
– Я скажу тебе, чего я действительно хочу. Больше всего на свете. Для нас обоих.
– Ты это серьезно, да? – Да.
– Ты – и не шутишь…
– Ш-ш, дорогая, и слушай. Если ты собираешься попусту тратить свои желания на шоколадное мороженое, твое дело. Мои желания – это мои желания.
– Шоколадное мороженое – не пустяки.
– Ш-ш, сейчас моя очередь. Я хочу… – Я произносил слова медленно и очень бережно. – Давай оплодотворим несколько твоих яйцеклеток и заморозим их. Тогда… – это была самая трудная часть, – тогда, если с кем-нибудь из нас что-нибудь случится… семья все равно останется.
Я почувствовал, как она напряглась. Может быть, не следовало ничего говорить, но…
– Ты прав. – Она положила голову на мое плечо. – Нам с Робертом тоже следовало это сделать. Но мы так и не собрались. Ладно, как только мы вернемся…
– Нет. Я не хочу ждать так долго.
Она озадаченно посмотрела на меня.
– Медчасть всем полностью обеспечена, – пояснил я. – Мы извлечем яйцеклетки, оплодотворим их и отправим домой из Амапа. Договорились?
– Джим! К чему такая спешка?
Я отодвинулся, чтобы смотреть ей прямо в глаза.
– Объясню, зачем такая спешка. Я видел спутниковые фото япуранской мандалы, и она чертовски пугает меня. Такая большая еще нигде не встречалась. Мы даже представить не можем, на что она способна. Я молю Бога, чтобы я ошибся, но страшно боюсь, что этот корабль и все мы направляемся прямиком в самый кошмарный из ночных кошмаров.
– Джим, мы облетали ее тысячу раз. Ты же сам присутствовал при разработках. Они никак не смогут дотянуться до корабля. Или… – Ее глаза расширились. – Ты что-то знаешь и не говоришь?
– Нет. Я сказал тебе все, что знаю. Из того, что мы видели, кораблю ничто не угрожает. Но я просыпаюсь по ночам, чувствуя, что в лагере нас ждет что-то, о чем мы даже не догадываемся. Нет, лучше так: я уверен, что в Япуре обнажится масса вещей, о которых мы не знаем. За этим, собственно, мы туда и направляемся. Я опасаюсь, что какой-нибудь из пробелов в информации заставит нас совершить глупую ошибку, которая уничтожит всех. История этой войны сплошь состоит из подобных случаев.
– Ты боишься, но все же летишь…
– Потому что летишь ты. И потому, что в случае чего я буду рядом. А если окажется, что я не прав и все сработает как запланировано, тогда, так и быть, куплю тебе столько шоколада, на сколько хватит денег. Но скажи, пожалуйста, можем мы не бояться будущего до такой степени, чтобы высмеять мои страхи и сделать несколько детишек?
– Я бы предпочла более старомодный способ: с чашкой, глиной и большой ложкой, чтобы размешивать…