Книжник просит девушку не спать вместе с лисами и мыть руки после того как их погладит. Антибиотиков в запасе не так много, поэтому пусть она будет осторожнее. Май вяло кивает. Вечером он видит, как лисы спят вместе с ней, свернувшись клубком на одеяле. В их шерсти много небольших белых пятнышек, будто от брызнувшей краски.
Проснувшись, Май нехотя сгоняет лис с одеяла. Выпивает положенную порцию лекарств, проглатывает чашку сублимированного супа и пару размоченных в бульоне крекеров.
– Расскажи мне что-нибудь.
В сезон дождей всегда хорошо спится. Шум за окном баюкает как шепот. Неразборчивый и текучий, он будто проговаривается губами, уткнувшимися в теплую точку за ухом. И все же, книжник просыпается в середине ночи.
Что-то неправильно и он ищет причину этого. Вспышка, раскат грома. По его телу пробегает дрожь, он стискивает одеяло в руках. Перед глазами проявляется фото интерьера, освещенного молнией. Май нет на этом снимке. Уставший за день, книжник забыл приковать ее наручниками. Он находит фонарик и еще раз светит туда, где должна быть ее постель. Пустой вихрь одеял, в котором спят только лисы. Мать семейства открывает глаза, ее зрачки блестят в свете фонарика. Она поворачивается к входной двери. В темный проем протискиваются молния, шум воды и мелкие капли.
Книжник хватает дождевик, на бегу надевает его и выходит наружу. Едва он переступает порог, вновь сверкает молния и по небу прокатывается гром. Ноги подкашиваются и немеют, фонарик чуть не выпадает из рук. Слабый луч света, как тупой нож, режет темноту маленькими и неровными кусками. Сияет молния и где-то впереди мелькает силуэт, непохожий на ствол дерева. Книжник идет вперед. Новая вспышка делает силуэт ближе, но разбивает темноту на острые мелкие осколки.
Каждый шаг книжник впечатывает в землю так тяжело, как может. Оборачивается и освещает фонариком следы. Пока что достаточно четкие, чтобы вернуться по ним. Когда он поворачивается вперед, молния новым ударом разбивает темноту. Тени стекают с деревьев, и книжник видит совсем недалеко фигуру в джинсах и кофте с капюшоном. В правую штанину вцепился зубами лисенок. Он упорно тянет Май обратно. Спотыкаясь и покачиваясь, девушка продолжает идти к странному скоплению ветвей. Ее босые ноги утопают в траве. Еще одна вспышка и клубок веток превращается в нагромождение костей.
Книжник догоняет Май, хватает за локоть и поворачивает к себе. Ее пустые глаза смотрят куда-то за изнанку видимого. Он хватает девушку крепче за руку и тянет обратно. Свет фонарика не длиннее трости для слепых. Этим лучом книжник ощупывает округу в поисках собственных следов. Если идти недостаточно быстро, скоро они начнут тонуть в ночи сезона дождей. Уже сейчас подступает головокружение, привычные слова и имена оплавляются под темными струями.
Сжав запястье девушки покрепче, книжник ведет ее за собой. Май становится то осенним листом, который полетит куда угодно, стоит лишь подуть ветру, то сама обращается в такой ветер и тянет книжника в другую сторону. Лисенок обгоняет их и скрывается в темноте. С каждым раскатом грома книжник замирает на мгновение, стряхивает с себя черепки разбитой ночи и сжимает руку Май еще сильнее.
Луч фонарика выстукивает из темноты знакомую каменную кладку. Книжник затаскивает девушку внутрь и захлопывает за собой дверь. В висках стучит кровь, колени и локти немеют. Промокший лисенок подходит к еще тлеющему камину, отряхивается и возвращается к скомканной постели, где спят его мама и сестры. Он зевает, прижимается к теплому и густому меху, зарывается в него мордочкой. Почти засыпает, но поворачивается, когда слышит щелчок. Книжник открывает один из браслетов наручников и застегивает его на загнутом гвозде.
Игра четвертая: формы сломанных ветвей
– Хочешь, я расскажу тебе историю?
В длинном списке книжника есть истории мест, вещей, зданий и понятий. Людей тоже, но ветви этих рассказов чаще всего обломаны. Несмотря на ежедневную порцию лекарств, Май не становится лучше. Жар растет медленно и неуклонно. Большую часть времени девушка не разговаривает и еле находит силы, чтобы отказаться от историй.
Книжник приносит с улицы ведро, полное дождевой воды. Смачивает тряпку и протирает покрытые испариной лицо и шею Май. Под руками путаются лисы, которые никак не хотят уходить из башни. Вчера книжник попытался вытащить их на улицу, но они упирались, скулили и огрызались. Отказывались уйти дальше порога. Чтобы к простуде Май не добавилась еще и какая-нибудь инфекция или паразиты, книжнику пришлось окурить лис дымящейся головешкой. Потом он долго мыл их под струей дождевой воды. В башне не нашлось мыла, только почти пустая упаковка стирального порошка. Ее еле хватило, чтобы отмыть рыжее семейство. В воду, которую пили лисы, книжник добавил распавшиеся на пыль таблетки. Остатки инструкции гласили, что это антипаразитарный препарат.