– Как ты думаешь, в его одиночестве есть что-то хорошее? – Май спрашивает это после новой порции таблеток.
– Он не так уж одинок. Его слушают… не знаю… десятки? Сотни человек? Может, его беда как раз в том, что это совсем непохоже на одиночество.
– Мне кажется, что он одинок, – она укрывается одеялом. – Я слышала его голос раньше. Звучал печально.
Лисы сворачиваются клубком у ног девушки.
– Правда, я не совсем понимаю, что такое одиночество или его отсутствие, – добавляет Май.
– Наверное, не стоит использовать это слово для Айзенкрейна. Его случай особенный.
Наручники защелкиваются на гвозде.
– Как бы ты назвал то, что его ждет? Какая концовка его истории?
– Тепловая смерть личности. Наверное, он так и не поймает голос. Чем дольше будет гоняться за ним, тем больше будет забывать о себе.
– Растворится в волнах, да? Останется только голос. Может, когда это случится, он станет счастливым?
– Я бы не стал на это рассчитывать.
За следующие два дня Май идет на поправку. Глаза теряют болезненный блеск, из голоса вымывается весь песок. Она помогает книжнику проверить лодку и подготовить ее к плаванию. Завтра рано утром они собираются покинуть башню.
Цветок, который некому сорвать
Май смотрит, как воды реки кипят под проливным дождем. Речные лилии, едва открывшиеся перед наступлением рассвета, медленно закрываются. Книжник переворачивает лодку и выталкивает на воду. Укладывает в нее сумки и критически осматривает весло. Пластиковая рукоять обломана, но все же она достаточно длинная, чтобы надежно ухватиться за нее.
Ладонь Май касается что-то влажное и холодное. Лиса обнюхивает и облизывает ее пальцы. Девушка присаживается на корточки и запускает руки в лисий мех. Чешет за ухом, гладит от шеи и до кончика хвоста.
– Хорошая, хорошая, хорошая – повторяет Май.
Перед тем как собрать вещи, она отдала лисам остатки жаркого из зайца. Долго искала, чем еще поделиться, но не нашла. Растопила камин в башне, чтобы ее пушистые друзья могли провести еще один день в тепле.
Май в последний раз проводит рукой от шеи до хвоста. Услышав, как книжник зовет ее, она наклоняется, быстро и крепко обнимает лису. Та издает смешной звук, будто урчит и скулит одновременно. Май поднимается и уходит. Лиса неспешно идет за ней и останавливается у воды.
Сначала в лодку забирается Май, а потом книжник. Он веслом отталкивает судно от берега. Начинает грести. С правого борта, потом с левого.
Май оборачивается. Лисья семья провожает ее взглядом, пока между ними не встают заросли осоки. Тогда Май пересаживается поближе к другому борту. Опускает ладонь в реку и случайно ловит лилию, которая спряталась в воде. Чтобы не навредить цветку, она быстро опускает его обратно.
Вода реки как развязанный шарф струится по пальцам. Лилия, похожая на пролитую каплю молока, остается позади. Там, где на нее могут смотреть, но не сорвать.
Дождь пятый
Тень с голубыми волосами
– Ты видел?
Книжник поворачивается к Май.
– Что?
– На берегу была женщина. С голубыми волосами.
– Я не заметил.
– Мне точно не показалось. Она была вон там, а сейчас ее нет. Невысокого роста, с волосами… может, не голубыми, но похожего цвета. Трава доходила ей до колен, – Май упирается руками в борт лодки и указывает место, где ей привиделась женщина. – Она стояла вон там, смотрела на меня и колыхалась. Будто я смотрела на нее через толщу теплого воздуха.
– Не видел ничего такого.
Май сменяет книжника и садится за весло. Первые несколько минут гребли проходят легко и размеренно, но плечи и руки быстро устают. Даже перекинуть весло от левого борта к правому становится непросто. Во время коротких передышек Май разглядывает густые локоны водорослей, заваленное мусором дно, сложную речную тинктуру из осевших и впитавшихся в грунт отходов. Кажется, будто на дне реки обитает самостоятельная форма жизни, растянувшаяся на километры. Потом голос книжника отвлекает девушку от созерцания.
Она поднимает глаза и видит вдали здания странной формы и будто бы пытающуюся взлететь железную дорогу. Погасшие и разбитые гирлянды, покрытые пылью фонари и иллюминацию, которая когда-то сверкала и была заметна за несколько километров. «Стран… фан…зии» гласит тусклая неоновая вывеска. Выпавшие из строки буквы лежат прямо под ней. Там же покоится соскользнувшая с «и» кратка. От вывески вниз сбегает узкая тропинка, прямо к небольшому причалу.
– Я же сказала, что мне не показалось.
Май кричит и машет женщине, которая спускается по тропинке. Пока лодка поворачивается и подплывает к причалу, незнакомка молчит, сложив руки на груди. Книжник торопливо надевает перчатку, чтобы скрыть деревянную ладонь от посторонних глаз.