Джон извиняется и покидает их, чтобы продолжать работу. Май шепотом признается книжнику, что ничего не поняла. Он тоже. Пока книжник вглядывается в мерцающие сады, девушка опять отвлекается на небо. Пасмурное полотно прорезает темная линия, которая распухает с каждым мгновением. Она сгибается, клонится к шву горизонта. Май тянет книжника за рукав.
– Это самолет, да?
– Да. И, кажется, он падает. Видишь? Это след от дыма.
– Это не тот самый самолет, который я хотела увидеть? Он привозил нам еду?
– Не знаю. Отсюда не разглядеть.
– Надеюсь, что это не он. Странно. Мы не знакомы, я никогда не видела его, но мне становится грустнее, если я думаю, что именно этот самолет прилетал к той почте. Скорее всего, я уже никогда не узнаю, кто это был… Хочу, чтобы пилот выжил. Хватит уже потерь.
Проклятье
Май смотрит на дверь. Ее взгляд бежит от потрескавшегося рисунка паутины к плохо нарисованному пауку с горящими глазами. От паука к отпечаткам рук, которые когда-то были кроваво-красными. Подбирается к ручке двери, а потом убегает наверх. Туда, где старательно выведена надпись «Комната кошмаров». С кровавыми подтеками и дрожащими буквами. Май отступает, рука сжимает подаренный Ольвией амулет. Она никому не сказала о том, что решила войти в комнату. Может быть, если бы сейчас кто-то был за ее спиной, дверь уже была бы открыта.
Несколько недель назад Май и Ольвия лежали рядом в пустом магазине и никак не могли уснуть. Вдова и мать умершего ребенка говорила, что прошлое похоже на проклятье. Оно обрушивается и нет никакой возможности снять его. Куда бы Ольвия ни шла, ее прошлое всегда с ней, как дьявольский хвост. Такой длинный, что, в попытках найти путеводную нить, она хватается за этот самый хвост.
Могила родителей – могила сына, потом опять могила мужа.
Могила родителей, могила сына, могила мужа.
Другое место, другая ночь. Май засыпала у кровати Миртл. Сонный, подернутый дымкой взгляд следил за каплями, которые падали из пакета с глюкозой. Миртл говорила ей, что прошлое – это правда о себе, которая никогда не бывает приятной. Она говорит, что прошлое похоже на голодного волка или одичавшего пса, который следует за тобой по ночной дороге. Вокруг никого, нечем отбиться и волк знает об этом. Хищник не спешит, держится на расстоянии. Слышно его тяжелое влажное дыхание. Голод и снова голод. Миртл говорила, что даже от такого прошлого тяжело отказаться.
Май долго трет глаза, прежде чем подняться. Онемевшим пальцам требуется время, чтобы найти ручку, повернуть и потянуть на себя. Угол двери стукается о лоб девушки. Май шмыгает носом и переступает порог. Оборачивается и захлопывает дверь за собой. Пара кусочков краски вылетает из кровавых отпечатков рук и падают на землю.
Как признаваться в любви на языке бестелесных
Май не появляется в кассах к вечеру и книжник отправляется искать ее. Обойдя весь парк, он приходит в конечную точку маршрута, «Комнату кошмаров». Снаружи аттракцион выглядит как обычная бетонная коробка, покрытая поблекшими черными надписями: «Беги!», «Не входи», «Что-то ужасное прячется тут», «Я слышу шаги дьявола», «Раньше здесь была надежда, теперь ее здесь нет». Книжник видит упавшие фрагменты краски и след на земле, который оставила дверь, когда Май открыла и закрыла ее. Недолго прислушивается к тому, что происходит за дверью. Не услышав ничего интересного, он идет к полуразвалившемуся прилавку, который стоит прямо напротив «Комнаты». Рядом все еще стоит табличка с сортами мороженого, которое раньше здесь продавали. Книжник садится на скамью и ждет. Не уходит и когда начинается дождь. Остальные гости «Страны фантазий» прячутся по своим убежищам. В их окнах загорается мягкий и теплый свет. Сумерки подступают медленно, а потом, будто поскользнувшись, обрушиваются на «Страну фантазий».
По всему парку загораются уличные фонари и разгоняют плотную тьму. Благодаря им книжник без проблем находит домик на дереве. Сонный Николаек выслушивает его и обещает рассказать Аните, что Май ушла в «Комнату». Перебежками от одного освещенного участка к другому, книжник возвращается к кассам колеса обозрения. Открывает дверь, шагает внутрь, но голос позади заставляет его остановиться. Он оборачивается. Через еще молодую ночь к нему идет Май. Черные волосы водорослями липнут к лицу. В глазах горит огонь, который не потушил даже ливень. Девушка переходит на бег. Книжник слышит, как причмокивает мокрая одежда. Еще одно мгновение и Май обнимает его так, как не обнимала никогда.