«Почему Бог дал мне возможность быть таким счастливым?! Ведь это только богоизбранным дано понять все тайны мироздания», — ласкал свои залитые спермой извилины старый куртизан, предвкушая встречу со своей новой пассивной пассией…
Прием заканчивался. Бояринов устало врал очередной жертве демократии о том, что ее текущая крыша — это его, депутата, головная боль, как вдруг дверь кабинета открылась и существо, скорее космическое, чем земное, превратило казенную приемную в альков Людовика XIV.
Рванувшись из-за стола навстречу своей судьбе, Бояринов вытолкал за дверь испуганную старуху, по дороге назначив ей на завтра свидание на крыше, и застыл, пораженный увиденным.
Девушка была такой красивой, что уже давно отвыкший от естественного и натурального, лживый и искусственный Бояринов почувствовал вдруг, что готов сейчас на все, готов даже сказать правду. Вернись сейчас та бабка с дырявой крышей и спроси у него, который час, он без заминки бы ответил: семнадцать ноль-ноль.
— Что с вами? — спросила секретарша, увидев разительные перемены, случившиеся с ее патроном. — Вам плохо?
Дура! Знала бы она, как ему хорошо!
— Нет, Евгения Прокофьевна, все в порядке. Что вам угодно, девушка?
— Ой, я, кажется, ошиблась дверью, — прошептало смущенное чудо и исчезло, оставив в память о себе такой запах, вдыхать который Бояринову хотелось остаток своих дней.
Догнав ее в коридоре, Бояринов, волнуясь и от этого страшно потея, вручил девушке приглашение на завтрашнюю премьеру.
Глава 29
Ночи в это время года уже приобретают тот голубой колдовской окрас, когда влюбленным и поэтам не хочется выбираться в серость рассвета.
Две эти категории ночных небожителей родственны во всех своих проявлениях. И те и другие не любят толпу, яркий свет и громкий шум. Все перечисленное отвлекает их от главного — любви! Ночи весной пробуждают все лучшее в человеке и все главное в природе.
Курилко любил это время года. Ему казалось, что природа в большом долгу перед весной. Зима ему виделась спящей красавицей, просыпающейся от первого, робкого и горячего, поцелуя солнечного луча, бесконечно влюбленного в холодное совершенство. Лето он представлял в виде сытой ленивой доброй «путаны», готовой всех согреть и приласкать. Осень видел дородной, пожилой, щедрой многодетной мамашей, спешащей всех одеть и накормить.
И все-таки природа в большом долгу перед весной. Все начинается с пробуждения. Ведь, когда спишь, ты тоже как бы живешь? Во сне и любишь, и летаешь, и борешься, и страдаешь, и просыпаешься то потным, то озябшим, понимая иногда с радостью, а иногда с грустью, что все это только приснилось.
Курилко Владлен Натанович считал себя человеком состоявшимся. Он был хорошо образован и пришел в профессию не от безнадеги, как бывает со спившимися хирургами, а по желанию, по собственному желанию! Некоторые патологоанатомы стесняются своей специальности. Курилко же всегда хотел стать патологом и стал им. Его всегда интересовали проблемы добра и зла, жизни и смерти. Он очень осторожно и уважительно относился и к тому, и к другому. За годы работы в своем ремесле он пришел к Богу. Потребность посещать храм появилась очень давно. Вначале, как у всех, просто интерес. Скорее детский, стадный, чем осознанный. Потом, в юности, ему вдруг стало интересно, почему в храме летом прохладно, а зимой тепло. Позже, когда повзрослел и погряз в сомнениях и грехах, облегчение наступало только после исповеди и молитвы. Он не был образцом веры и послушания, но его стремление раскаяться и смириться было искренним и глубоким!!!
Господи! Ты все видишь!
Узнав о том, что Антон Семенович, выйдя на пенсию, перенес инфаркт, Белка встретилась с его лечащим врачом. Она подробно расспросила о состоянии его здоровья, узнала, что ему можно, а что нельзя, и еще раз поблагодарила доктора за верность клятве Гиппократа. После этого она навестила старика и наговорила ему кучу приятных вещей о том, как хорошо он выглядит сейчас и каким отменным самцом был раньше. Ее огромные хитрые глаза лучились восторгом и желанием. Макарова вновь накрыло такой приятной волной, что он еле-еле сдержался, чтобы не наброситься на нее прямо на лавочке в больничном парке. Все понимающая Белка предложила небольшую прогулку на природу. Ничего личного. Просто погулять подальше от людских завистливых глаз, вспомнить счастливые давние времена. Макаров купил в ближайшем магазине водку, закуску, и они поехали за город.