— А, понятно. — Сесилия явно не понимала ее оживления.
Бекки вздохнула и снова взглянула на типуту. Все-таки это просто невероятно, что Джек видел их! Прямых потомков знаменитых бунтовщиков! И эту типуту сделали именно они!
Она всегда будет дорожить ею, как и другими удивительными вещицами, которые он подарил. Что-то подсказывало ей, что надо бы вернуть подарки, что, принимая их, она поощряет его ухаживания. Но что она могла с собой поделать? Вещицы были слишком хороши. Она не находила в себе сил от них отказаться.
Бекки снова развернула записку и прочла самую последнюю строку, написанную уже знакомым убористым почерком: «Когда я увижу тебя?»
Она глубоко вздохнула и сказала:
— Думаю, мне надо написать письмо.
Только тут ей удалось привлечь внимание Сесилии. Глаза подруги моментально взметнулись.
— О! Мистеру Фултону?
— Да. Поблагодарить его за… все.
Лукавая улыбка заиграла на губах подруги:
— Сдается мне, ты все-таки надумала ничего не возвращать ему.
В последние дни Бекки разрывалась между двумя решениями: отправить ли подарки обратно или оставить себе. Теперь же, глядя на них, она не могла сдержать улыбку.
— Сказать по правде, не уверена, что смогу расстаться с ними.
— Как видно, он очаровал тебя своими диковинками.
— Да. — Бекки оглянулась на Сесилию. — Но я не должна так легко сдаваться, дорогая. В конце концов, ведь мой муж тоже начал с того, что просто очаровал меня.
Сесилия покачала головой:
— Поверь мне, Бекки, я искренне сожалею, что способствовала твоему увлечению мистером Фултоном. Но, увы, приходится признать, у вас есть реальная возможность крепко привязаться друг к другу.
— Ты так полагаешь?
— Да. — Сесилия немного помялась, а потом заботливо взглянула на Бекки: — Но я надеюсь, ты будешь осторожна.
— Буду. — Бекки устремила взор на заманчивые подарки, присланные Джеком. — Должна быть.
На другое утро Бекки проснулась рано и больше не смогла заснуть. Сегодня должен был прийти Джек, и она волновалась сильнее, чем прежде, не понимая, как сможет вновь подойти к нему. Если раньше сердце воевало с головой, то теперь и подавно. Нервы буквально звенели от нетерпеливого ожидания, смешанного с леденящим душу ужасом.
Всю ночь она мучительно размышляла над тем, что должна ему сказать. Даже мысленно составила целую речь, но до сих пор не была уверена, что сумеет ее произнести. Наверное, это будет зависеть от того, как он поведет себя с ней.
Когда в гостиную вошел лакей и объявил о приезде Джека, Бекки сделала над собой последнее усилие, чтобы унять дрожь. Сидевшая рядом Сесилия поднялась, быстро обняла подругу за плечи и тут же отпустила.
— Он всего лишь мужчина. Не забывай, что мужчины — примитивные создания.
С этими словами она выскользнула из комнаты, а Бекки осталась ждать, судорожно стиснув руки. Через несколько мгновений дверь отворилась и вошел Джек.
У нее перехватило дыхание, как будто от неожиданности. Ведь он был не просто красив, как всегда, — сегодня он даже не попытался пригладить свой разбойничий облик. На нем были обтягивающие черные брюки, заправленные в черные веллинггоны, такой же черный жилет и камзол. В руке он держал тяжелую потрепанную книгу.
Когда он захлопнул дверь и обернулся к ней, Бекки перевела дух. Карие глаза вспыхнули смесью хищной властности и желания, но он держался холодно и вел себя по-джентльменски.
Его взгляд обежал всю ее фигуру с головы до ног и вернулся к лицу.
— Бекки.
Прижав дрожащую ладонь к темно-зеленому шелку корсажа, она сделала реверанс:
— Мистер Фултон.
— Не Джек? — удивился он.
— Я… не знаю.
Он сделал шаг. Она вспыхнула. Вспыхнула с головы до пят. Жгучая волна прокатилась по спине, залила щеки, полилась по груди.
— Благодарю за подарки, — почти прошептала она.
Неожиданная улыбка озарила его лицо, поселив лучики в уголках глаз.
— Тебе они понравились?
— О, даже очень! Они прекрасны.
От его улыбки она таяла. Ей хотелось узнать все-все о каждой присланной им вещице. Хотелось сидеть рядом с ним и слушать весь день и всю ночь его рассказы о тех местах, где он побывал.
— Я принес тебе кое-что. — Джек протянул ей книгу. — Пустяк, конечно, но…
Приняв тяжелый фолиант, она уважительно взвесила его обеими руками. Это была сильно потрепанная, с загнутыми уголками страниц книга под названием «Словарь практической хирургии». На обложке было немало жирных пятен, покоробившиеся страницы источали въевшийся соленый запах океана.
— Она принадлежала Смиту, корабельному врачу с «Глорианы».