– Да ясен хрен, с тоски кинулся. Что почему? Как так жить можно? С пацанами не бухал ни разу, баб не трахал, ни на одной тусе не был. Чувак просто совсем скис, вот и того.
– Девушки? Нет, не было. Я не видела.
– Да его никто не видел никогда с девушками.
– Почему? Он в июле гулял с какой-то девушкой, красивой такой…
Услышав наш разговор, к нам решительным шагом подошла невысокая девушка в круглых очках и с короткой косой. Выглядела она как типичная «серая мышка»: вроде и симпатичная, но одевающаяся так, чтобы её не замечали.
– Я знаю! Он влюбился в девушку, но она его отшила! – с ходу заявила «мышка».
Остальные студенты обернулись на неё с явным удивлением. Судя по всему, они не часто видели её такой активной и резкой.
– Матвеева, тебя какая муха укусила? – удивилась одна из студенток.
Я взял «серую мышку» за локоть и отвел в сторону.
– Рассказывайте.
Девушку звали Елизавета Матвеева, и она представилась хорошей знакомой Сергея.
– Он ухаживал за девушкой из медицинского института. Ириной Воробьевой. А это та еще стерва! Она поиграла с его чувствами, а когда он надоел ей, послала его. А сама тут же с качком стала спать! Вот он из-за неё и… – девушка вдруг всхлипнула и отвернулась.
Феникс протянула ей чистый платок.
– Извините.
– Вы его хорошо знали? Как долго?
– Уже года два, наверное… Он хороший, добрый и умный. Почему он так поступил? Не стоила его эта проститутка!
Разволновавшись, студентка говорила сбивчиво и путано. Она опять начала жаловаться на студентку из медицинского института и возмущаться её поведением. Я внимательно её слушал и делал свои выводы.
Потом я внимательно расспросил Матвееву и записал её ответы. А также узнал, где найти Ирину Воробьеву.
С поисками Ирины Воробьевой нам повезло. Мы увидели на стене большой плакат с фотографиями студентов третьего курса. А поймав в коридоре одну студентку, узнали от неё, что девушка пошла пообедать.
Зайдя в столовую мединститута, мы сразу увидели Ирину. Красивая девушка сидела за столом, обхватив голову руками, и отсутствующим взглядом смотрела в нетронутый, уже остывший стаканчик кофе. Она даже не заметила, что мы к ней подошли.
– Ирина Воробьева? Можно задать вам несколько вопросов?
Девушка дернулась от неожиданности и посмотрела на нас:
– Что? Вы кто?
Несколько секунд я внимательно разглядывал её, чтобы решить, как с ней разговаривать. Красивая, причем с той естественной красотой, которая не так часто встречается у девушек, когда не нужно тратить никаких усилий, чтобы выглядеть очень привлекательной. На лице не было никакого макияжа, и под яркими карими глазами хорошо видны были темные круги, кудрявые каштановые волосы растрепаны до состояния легкой милой лохматости, уголки губ опущены, а ногти на красивых тонких пальцах обкусаны. В общем, Ирина даже сейчас выглядела симпатично.
– Здравствуйте. Вы были знакомы с Сергеем Кириенко?
– Да… вы по поводу…
– Да, – мягко сказал я, садясь за стол. – По просьбе его родителей, я хочу разобраться в обстоятельствах его гибели.
– В чем там разбираться… – тихо и грустно, опустив голову, произнесла Ирина. – Самоубийство…
– Самоубийство самоубийству рознь, Ирина. Молодые люди в его возрасте часто совершают необдуманные поступки. Молодость – пора горячих и пылких порывов, – я говорил как умудренный жизнью старик, хотя был младше покойного Сергея. – В это время часто юноши и девушки говорят и делают вещи, о которых потом жалеют. И, увы, иногда люди совершают необратимые поступки. Минутный порыв, и все…
Ирина подняла голову и внимательно посмотрела на меня. Её глаза казались сухими, но в них была такая тоска…
– Но иногда бывают другие случаи. Когда людей подталкивают на самоубийства. И чаще всего это делают те, на кого никто и подумать не может. А другие люди потом до конца дней своих терзаются чувством вины. Ирина, нам сказали, что вы были близкой подругой Сергея. Кто-то угрожал ему? Может быть, его шантажировали?
– Нет, – очень тихо, покачав головой, ответила девушка. – Он… был очень хорошим человеком. Таких, как он, мало… чистых, светлых, все понимающих и сочувствующих. Он всегда чувствовал, когда я болею или когда у меня случалось что-то плохое. Сережа просто не мог с кем-то поругаться.
– Ирина, – мягко сказал я. – Хороших людей очень любят использовать. Их слишком легко подцепить на крючок, связать обязательствами и заставить что-нибудь делать. Не могло ли так случиться с Сергеем?
– Я ни о чем таком не знаю, – опять покачала головой девушка. – Я не пойму, почему он так поступил… не понимаю… почему…