– Садись, – на ходу сказал Владислав и сам сел за стол. – В общем, все неплохо, но под конец сглупил.
– Что?
– Когда ты узнал о пропаже гадалки, ты повел себя наигранно. Они легко тебя раскусили. А так все правильно было. Ты её убил или Феникс?
Начальник задал вопрос непринужденным и простым тоном. Словно поинтересовался, кто из нас вчера готовил ужин. И я едва не угодил в его ловушку.
– Тело нашли? – спокойно спросил я.
– Нет.
– Тогда о каком убийстве идет речь? И с чего вы решили, что мы имеем к этому хоть какое-то отношение?
– Да потому что я вас всех, стервецов, насквозь вижу! – резко ответил он.
Владислав встал и подошел к окну.
– Думаешь, я в игры с тобой играю? Да я прекрасно знаю, что ты убил гадалку, а Феникс уничтожила тело. А знаешь, почему ты её убил?
Я сжал кулаки. Ломать комедию дальше смысла не было, поэтому я ответил предельно честно:
– Потому что ей понравилось то, что она делала. А еще она почувствовала свою безнаказанность. Эта тварь уехала бы в другой город, и вскоре бы там хорошие парни и девушки внезапно начали бы сводить счеты с жизнью! Вешаться, стреляться, топиться и травиться таблетками! И никто бы не знал, с чего это вдруг им такая глупость в голову пришла!
– Да? Точно? – Владислав резко развернулся и, подойдя к столу, подался вперед и посмотрел мне прямо в глаза. – А может быть, ты просто мстил?
– Мстил? – Я встал, расстегнул кобуру, достал пистолет, передернул затвор, снял с предохранителя и поднес к виску. И спросил, глядя прямо в глаза своему начальнику: – А почему бы мне и в самом деле не отомстить тому, кто виноват в смерти Ирины и Елизаветы? Как вы думаете, Владислав Иванович?
Он промолчал и отодвинулся назад.
– Думаете, я не понял, на что вы намекаете? На то, что я решил свою вину переложить на гадалку и поэтому убил её? Думаете, я салага, чтобы не понять, что это я виноват в смерти девчонок?! Вот только что мне теперь делать, застрелиться?!
– Не дури, – тихо ответил Владислав. – Убери ствол.
Пока я убирал пистолет обратно, начальник достал из шкафчика бутылку коньяка и налил три рюмки. Одну он поставил передо мной, а вторую накрыл куском хлеба. Мы выпили не чокаясь и не закусывая.
– Ты все правильно понял. Что будешь делать?
– А что я могу делать? – пожал я плечами. – Убивать монстров. Расследовать дела. Этим и займусь, пожалуй. Если чекисты не посадят.
– Не посадят. Кишка у них тонка моих людей трогать. Да и наплевать всем на эту гадалку. Даже хрену этому, Вальтасару, ему нужно было свою власть показать.
– Вот как. Тогда почему её все-таки не арестовали?
– Так не за что было. Мир с темными колдунами важнее одной-единственной колдуньи.
Важнее…
– Ты хоть уверен, что она виновата?
– Абсолютно. Все подробности и доказательства есть в деле.
– Я посмотрю его, – пообещал Владислав. – Будем считать, что это дело вы с Феникс раскрыли успешно.
Я равнодушно пожал плечами. Мне было все равно.
– Иди, Игорь, работай. Но смотри не заиграйся в вершителя справедливости.
– Законы поправьте, чтобы не приходилось их нарушать ради справедливости.
Говорят, древние римляне говорили: «Пусть погибнет мир, но восторжествует справедливость». Я уже давно начал понимать, что Орден живет по совсем другому принципу.
Погода с самого утра была мерзкой. Тяжелые темные тучи давили сверху, моросил мелкий противный дождик, и дул холодный пронизывающий ветер. А это ведь только конец сентября.
На городском кладбище никого не было. Я, засунув руки в карманы, медленно шел по проходу между могилами, не совсем понимая, зачем вообще пришел сюда. Тем более в такую погоду.
К моему удивлению, на скамейке возле свежих могил сидел парень. Почувствовав мой взгляд, он повернулся. Это был Дмитрий, парень Ирины. Я подошел и сел рядом с ним. По странному совпадению или по иронии судьбы, трех ребят похоронили рядом друг с другом.
– Мерзкая погода, – произнес я, просто чтобы нарушить тишину.
– Самый раз для меня.
– Ты винишь себя?
Парень кивнул:
– Как же иначе? Если бы я был рядом…
Он сжал кулаки.
– Я виноват больше тебя… Если бы сразу все понял…
Опять повисла тишина. Дмитрий сидел, опустив голову, а я рассматривал могилы ребят. Почему-то теперь я не мог называть их иначе как ребятами…
– Я иногда думаю… если бы я ушел, уступил её Сергею… все были бы живы.
– А ты?
– А что я? – пожал плечами парень. – Другую бы себе нашел. Если он так сильно любил её…
– Не знаю, – в свою очередь пожал я плечами. – Может быть, все бы и произошло по-другому.