– Охотно верю, – кривляется Женя и отходит от меня подальше. – Я о том, что ты говорил. Про банку и частную лабораторию. И ДНК. Думаешь, папа погиб на том месте, да?
– Пока это лишь предположение. Которое нужно либо подтвердить, либо опровергнуть.
– И жить дальше, – с печальным смешком добавляет она, вновь касаясь большим пальцем правой руки своего кольца.
– Тебя заставляют? – не выдерживаю я. Киваю на ее руку. Женя так широко распахивает глаза, что я чувствую себя идиотом. – Забудь, – слабо морщусь и вылезаю из окна.
– Не заставляют! – отвечает она громко. – Просто… Пришлось шантажом выпрашивать содействия.
– В смысле? – снова высовываюсь я из окна, упершись ладонями в раму.
Взгляд Жени проскальзывает по моему телу, после чего она устремляет его в сторону. Даже голову повернула, хотя наверняка все еще видит меня боковым зрением. Это так забавно, что я поигрываю грудными мышцами, смущая ее до такого состояния, что она просто закрывает глаза и быстро отвечает на поставленный вопрос:
– Сказала, что свадьбы не будет, пока я не выясню правду. Отчим позвонил знакомому, тот другому знакомому, ну и… тебя выдернули из отпуска.
– Выгнали в отпуск, – поправляю я.
– Ты взял отпуск, чтобы поработать? – она шокировано распахивает глаза и поворачивает голову, уставившись на меня.
– Ключевое слово – выгнали. Дела нет, расследовать официально нечего.
– Теперь ясно, – морщится Женя. – Так что теперь? Криминалист приедет?
– К вечеру. Чем тут можно заняться? Я начинаю сходить с ума, если ничего не делаю.
– Охота, рыбалка, – пожимает она плечами.
– Рыбалка – это как раз про ничегонеделание, – прыскаю я. – И хоть стрелять я люблю, охоту на дух не выношу.
– Серьезно? – удивляется и одновременно радуется Женя. – Я тоже!
– Любишь пострелять? – переспрашиваю я, оставаясь невозмутимым, но внутри меня кто-то громко томно вздыхает.
– У меня есть свое ружье. Со всеми разрешениями, – хвастает девчонка. – Я отлично стреляю.
– Не лучше меня, – хмыкаю я нагло.
– Спорим? – дерзко вскидывает она подбородок, а в ее глазах разгорается огонь азарта.
– На что? – хищно сощуриваюсь я.
Женя с блуждающей улыбкой поднимает взгляд к небу и притопывает ногой, раздумывая.
– Кто проиграл – купается в реке, – выдает она спустя несколько секунд. – Встречаемся через пять минут у колодца.
– Принято, – подмигиваю я ей и скрываюсь в домике.
В крайне воодушевленном состоянии я переодеваюсь и беру ружье, которое прихватил на всякий случай. Раз за разом представляю, как она визжит, выныривая из ледяной воды. Сколько там сейчас градусов? Вряд ли больше пятнадцати. Это будет весело.
На обозначенное место подхожу вторым. Окидываю взглядом ее ружье и насмешливо хмыкаю:
– Итальянское. Губа не дура.
– У папы было, как у тебя, – грустно улыбается она, уставившись на моего монстра отечественного производства. – Но мне с ним тяжело управляться. Под рост и комплекцию не подходит.
Со своим она смотрится ахренительно. Без преувеличения. Идеальные пропорции в обоих случаях, полная гармония. Я снова залипаю, пока она не произносит иронично:
– Затоплю-ка я, пожалуй, баню. Не хочу, чтобы мой единственный шанс разобраться слег со страшным недугом под названием простуда.
– Хо-хо-хо, – ржу я, а она, вздернув нос и лукаво сверкнув глазищами, уходит в сторону бани.
Хороша. Хороша, чертовка!
Жду ее у бани. Когда из трубы появляется дымок, она выходит.
– Сейчас затравка прогорит, добавлю дров и пойдем, – сообщает она, топчась на месте. – Кстати, о ритуале… – Я вскидываю брови, а она пожимает плечами: – У тебя громкий динамик, а тут тишина.
– Так что с ритуалом? – осуждающе покачав головой, спрашиваю я.
– Я о таком не слышала. В селе живет потомок настоящего шамана, Айдар. Он часто тут бывал, много рассказывал. Иногда так называемые места силы обозначаются пирамидами из небольших камней или одним большим камне, но вот так, как на берегу – это глупость. Просто поменяли одни камни на другие.
– Может, была как раз пирамида? – предполагаю я. – Но кому-то помешала и этот некто сбросил все верхние камни в воду.
– Может, – вынуждено соглашается Евгения. – Правда, раньше ее там не было и почему вдруг это место обрело силу неясно, но в целом – может. Только вот нутро несогласно, не так ли?
– Такое случается. Увлекаешься, видишь знаки там, где их нет.
– А ты увлекся? – спрашивает она, прямо посмотрев мне в глаза.