– Купила, – бурчу я и отвожу взгляд. – Нет настроения?
– Просто устал, – уже мягче произносит Игорь, а я разуваюсь. – Почему ты не дома?
– Я не дома? – обижаюсь я, оставшись в одном кроссовке. – Прости, пожалуйста, не знала.
– Давай без этого, – морщится Игорь. – Ты прекрасно поняла, что я имею ввиду. Я разговаривал сегодня с Никитой и, по его словам, ты все еще на турбазе. Что довольно странно, учитывая, что через неделю твоя свадьба.
– Все готово, а накладками занимается свадебный агент, – пожимаю я плечами и тороплюсь свернуть неприятный разговор: – Мама дома?
– Да, но у нее пилатес с тренером. Полагаю, криминалист подтвердил несчастный случай, раз ты здесь. Надеюсь, теперь ты сосредоточишься на своей жизни.
– Криминалист еще работает. И, вообще-то, есть основания полагать, что тревогу я забила не напрасно.
– Еще работает? – вскидывает брови Игорь. – Что за бред, – раздраженно шипит он, доставая из внутреннего кармана пиджака свой мобильный и распахивая входную дверь, чтобы, очевидно, сделать звонок без свидетелей. – А где твоя машина?
– Я не смогла на ней проехать, – отвечаю я заготовленной фразой. – Поэтому меня подвез следователь.
Игорь играет желваками и закрывает перед моим носом дверь. Я быстро скидываю второй кроссовок и трусцой бегу к окну гостиной, которое, на мою удачу, оказывается приоткрытым. Впрочем, уверена, возглас отчима я бы услышала и оставшись у входной двери.
– Какого черта можно делать столько времени?! – возмущается Игорь. – Выясни! Да мне насрать! Понадобится – с любовницы поднимешь! Ленивые ублюдки, – последнее рычит уже тише. Прикуривает и остается на улице дожидаться обратного звонка. Я, естественно, у окна, нервно наминая собаку в ожидании. – Да! – гневно рявкает отчим. – Еще вчера? Что? Какой еще, мать твою, маньяк? Ты издеваешься? Так, ладно, я понял.
Я несусь на кухню, включаю чайник и даже успеваю поставить на стол чашку, когда входит Игорь.
– Что ж, сомнения действительно появились. Официальное дело заведено, – сообщает он мне абсолютно спокойным голосом. Будто это кто-то другой рвал и метал еще полминуты назад. – Надеюсь, не нужно объяснять, что в детектива больше играть не получится? И что расследование может затянуться, как это обычно и случается.
– Все, чего я хотела, я уже добилась, – отвечаю я равнодушно, заваривая чай. – Нам же сообщат о результатах?
– Само собой, – надменно говорит Игорь. – Ты довольна?
– Да и очень благодарна тебе за помощь, – с вежливой улыбкой отвечаю я. – Мама давно начала занятие?
– Без понятия. Но это точно надолго. Она помешалась на этом пилатесе.
«А тренер – красивый молодой подтянутый мужчина?», – иронизируя я мысленно, но вслух, естественно, помалкиваю.
– Тогда выпью чай и поеду. Домой, – не выдерживаю я и добавляю колкость.
– Не начинай, – укоризненно говорит Игорь и целует меня в голову. – Я достаточно наслушался и имею право наконец-то расслабиться и передать тебя в другие надежные руки.
– Конечно, прости, – отвечаю я с натянутой улыбкой.
И чуть только он выходит из кухни, я вызываю такси до следственного, до подачи как раз успев выпить свой чай.
Выходит, дело завели еще вчера. А значит, когда Мирон говорил мне, что криминалист еще работает, он обманывал меня. И тут самое время взбелениться, но что-то не хочется. Хороший был день. Немного жутковатый, отчасти нервный, но вместе с этим – лучший за… не знаю. Всю мою жизнь? Ни на что бы его не променяла. И в груди теплеет от мысли, что он схитрил, только бы провести его со мной.
Подполковника о своем намерении дождаться его у машины не предупреждаю. Вероятность, что он решит там заночевать ничтожна, не хочу, чтобы он дергался и торопился из-за меня. А мне полезно немного подышать и подумать, что я собираюсь делать дальше.
Собственные мысли дурманят.
Почему-то нет ни единого сомнения в том, что подполковник – мой человек. Что стоит лишь захотеть и эта прямая, у которой мы топчемся, станет взлетной полосой для нашего будущего. И дело даже не в том, какой он. Дело в том, как рядом с ним мне. Мои пятки почти не касаются земли. Что это, если не влюбленность? Которая, по всем признакам, однажды перерастет в большое крепкое чувство.
Немного страшновато от того, что придется отменить свадьбу, но то, что я не выйду за Никиту, испытывая чувства к другому – однозначно. Да и зачем это ему? Он симпатичный и богатый. Если захочет, даже банкет не придется отменять, просто сменит одну невесту на другую. Особенных чувств ко мне он никогда не испытывал, ровно, как и я к нему. Разозлится, конечно, кто бы не разозлился? Как и отчим, этот точно будет вне себя. Но у нас же не средневековье. Я вполне могу сама выбирать свою судьбу.