— Поездка вышла спонтанной. Я приехала по работе, — Макс чуть отстранилась, глядя на него. — Отлично выглядишь, дедушка.
— Можешь не врать. На меня давно уже не обращают внимания женщины, не считая старух, живущих по соседству. Пойдём, ты, наверное, голодная? Я нанял новую домработницу, и она отлично готовит.
Оставив сумку, Макс прошла за ним на кухню и присела на стул, наблюдая, как дед извлекает из холодильника контейнеры с едой. Гаррет Мюррей был высоким ирландцем, и, вероятно, от него ей достались светлые волосы и яркие голубые глаза. В молодости он был очень красив, и, вспоминая семейные разговоры, Макс подозревала, что в его жизни было много женщин. Может быть, и это ей досталось по наследству?
Как и все в семье Максин, он был первоклассным хирургом и доктором медицины. Даже сейчас его часто приглашали на различные семинары и лекции, хотя теперь это, скорее, было данью уважения. С тех пор медицина ушла далеко вперёд.
Макс хорошо помнила, как в детстве, когда вся семья собиралась вместе, дедушка постоянно спорил с отцом, доказывая, что общая хирургия, которой он занимался, намного сложнее и интереснее любого направления. Да и, вообще, он считал её отца недостойным своей дочери и никогда не скрывал этого. Но свою единственную внучку он любил какой-то абсолютной, безусловной любовью. Когда у Макс возник конфликт с родителями, дедушка встал на её сторону. Он поразительно легко отнёсся к ориентации Макс и ни словом не обидел и не упрекнул. Она всё ещё не могла сдержать улыбку, вспоминая, как тогда он сказал ей: «Я тебя понимаю. Если бы я был женщиной, то никогда бы не посмотрел ни на одну из этих волосатых горилл. Удивительно, что они в нас находят».
Она освежилась, приняв душ, и они просидели за разговорами половину ночи, пока у Макс не зазвонил телефон и ей не сообщили, что пришли результаты сравнения анализов ДНК. Сердце заколотилось так быстро, что она даже не решилась уточнить подробности, пообещав, что через полчаса будет в участке.
Прощаясь, дед крепко обнял её и долго не отпускал.
— Ты уже совсем взрослая, Макси. У тебя серьёзная работа, что бы об этом ни говорил твой янки-отец, — мужчина с теплотой посмотрел ей в лицо. — Я не лезу в твою жизнь, но мне хочется, чтобы ты нашла кого-то, кто бы мог оценить, какой прекрасный ты человек. С твоей бабушкой у меня не всегда было всё просто. Муж из меня получился намного хуже, чем врач, но мы любили друг друга, и она всегда поддерживала меня. Это очень важно, когда есть кто-то, на кого ты можешь опереться.
— Я тоже не такой уж подарок и могу прекрасно позаботиться о себе сама, — улыбнулась Макс.
— Ты мотаешься по разным городам, не спишь ночами, выискивая настоящих нелюдей. Поэтому, когда ты возвращаешься домой, должен быть кто-то, кто согреет и позаботится о тебе.
— Ну-у, — потянула Макс. — Один раз, как ты помнишь, я уже пыталась. Ничего хорошего из этого не вышло.
— Попробуй ещё. Я тоже всегда считал, что моя профессия — это самое важное, что у меня было. Но сейчас я очень скучаю по твоей бабушке.
— Хорошо, я подумаю, — с улыбкой пообещала Макс, поцеловав его в морщинистую щёку и открывая дверь.
*****
В участке её дожидался офицер, которого прикрепили к этому делу. Он проводил Макс в кабинет и положил перед ней распечатанные результаты, предложив сходить за стаканчиком кофе для неё.
Замирая от волнения и почти не дыша, Макс быстро прошлась взглядом по строчкам. Ну вот и всё. Спустя шестнадцать лет она всё-таки нашла Шерон. Больше у неё не будет робкой, нелепой и почти призрачной надежды отыскать её живой. Всё это время ответ был рядом. Десятки городов, в которых она побывала, время, потраченное на изучение других дел, всё это было впустую. Шерон никогда не покидала Нэшвилл. Ей просто не повезло оказаться поблизости от больного хладнокровного убийцы. Трясущимися руками Макс положила на стол бумагу и выпрямилась, пытаясь отогнать от себя видения, в которых безумный маньяк истязает её подругу. Если она не найдёт его, то подаст рапорт об отставке. Он должен ответить за убийство Шерон и других людей. Она сделает всё, чтобы его «сезон охоты» закончился на электрическом стуле.
— Агент, кофе, — молодой офицер поставил перед ней стаканчик. — Я хотел обсудить, когда мы можем сообщить об этом родственникам, — заговорил он, усаживаясь напротив. — Не стал звонить им ночью, так как дело старое и, думаю, может подождать до утра.
— Я сама займусь этим, — хрипло ответила Макс и, откашлявшись, потянулась к горячему напитку. — Я знаю семью Шерон Уилсон. Мы учились в одном классе.
— Примите мои соболезнования, — искренне отозвался парень. — Во сколько вы планируете продолжить обследование сада?
— Начнём в девять. И мне нужны ещё специалисты, которые смогут проверить каждый миллиметр подвала. Нолан Хили некоторое время держал своих жертв живыми, а, кроме подвала, там больше нет ничего подходящего для этого.
— Но ведь прошло столько лет…
— Что-то могло остаться. То, что поможет составить общую картину и выведет нас на место, где он скрывается сейчас.
*****
Макс стояла под козырьком веранды, выкрашенной в нежно-голубой цвет, и прислушивалась к приближающимся шагам за дверью. Она до боли сжимала кулаки. От волнения и какой-то иррациональной паники у неё сводило живот, и безумно хотелось оказаться в этот момент где-нибудь не здесь. Но она не могла позволить себе поступить как-то иначе. Не могла допустить, чтобы это сделал кто-то другой. Это было частью её долга перед Шерон. Остальным — она займётся чуть позже, а сейчас она должна посмотреть в глаза родителям Шерон и сказать, что нашла её.
Медленно повернулся дверной замок, и невысокая, полностью седая, худенькая женщина встретила её недоверчивым и удивлённым взглядом.
— Максин?
*****
Чувствуя себя совершенно измотанной, проведя почти три ночи без сна, Макс невидящим взглядом смотрела в иллюминатор самолёта, заходящего на посадку в аэропорту Далласа. Перед вылетом она созвонилась с Кайлом, пообещав сменить его сразу, как только вернётся. Кристина второй день находилась в Остине, досконально разбирая все последние дела, а Лукас мог дежурить только днём, так что Кайл, проводивший уже вторую ночь в доме у Джудит, был невероятно рад, что сможет наконец вернуться домой и провести время с Элис.
Перед отъездом она оставила машину на стоянке аэропорта, и, забросив сумку на заднее сиденье, Макс медленно выехала на дорогу, чувствуя себя за рулём не вполне уверенно в таком полуобморочном состоянии. Было почти десять, и улицы уже освещались ночными огнями. От света фар встречных автомобилей ей хотелось зажмуриться, но Макс боялась, что может уснуть, как только закроет глаза.
Остановившись перед домом, она с облегчением вытащила ключи из замка зажигания и набрала номер Кайла, сообщив, что приехала. Ей пришлось собраться, чтобы он не заметил, что она едва держится на ногах. В противном случае, как бы Кайл ни мечтал поехать домой, он не разрешил бы ей остаться. А Макс хотела увидеть Джуд. Все эти дни она чувствовала в этом крайнюю необходимость. Она вспоминала их поцелуй, и это немного смягчало то, чем ей приходилось заниматься последние два дня.
Кайл вышел ей навстречу и, внимательно заглянув в глаза, порывисто обнял.
— По крайней мере, теперь мы знаем, — чуть слышно пробормотал он.
— Да, — кивнула Макс. — Джуд просила отвести её завтра к родителям в Хьюстон, чтобы она могла повидаться с дочкой…
— Она мне сказала. Ты как? Не очень устала? — поинтересовался он.
— Всё в порядке, — Макс выдавила из себя бодрую улыбку. — Если появится что-то новое — звони.
— Конечно. Спокойной тебе ночи.
— И тебе, Кайл, — она медленно направилась по дорожке к дому, держа в одной руке сумку с вещами, а во второй — папку с документами, собранными в поездке.
Дверь была открыта, и Джудит дожидалась её, прислонившись плечом к дверям гостиной.
— Как и обещала… я здесь, — негромко произнесла Макс, опуская сумку на пол и принимаясь разуваться.