Два из трех кораблей, пытаясь отследить его рысканье, соприкоснулись защитными полями. Охотник собрался: противник неминуемо должен отключить защиту. Хотя бы на миг…
Вклинив катер меж двух громад, Николай подключил к бою аннигилятор. Фиолет консервным ножом вскрыл крейсерские борта. Изломанные куски металла, алые взрывы; река пламени снедала отсеки черных кораблей.
Два облака раскаленных осколков изрешетили боевую единицу УКОБовского флота. Реальность вспыхнула искристыми веерами замыканий. Пахло гарью и кровью.
Крейсер противника завис в десятке километрах от охотничьего катера.
Видя только слабую тень на экране, Николай усмехнулся разбитыми губами: Охотников тренировали доставлять проблемы. Анализ, оценка… Шансы пять к трем — достаточно. Концентрируя залпы аннигиляторов на одном секторе защитного экрана, он бросил катер в атаку.
Ответный удар перекрасил галактику в белые цвета.
«Я приду, дождись…» — мысль из ниоткуда. Блокировав штурвал, Николай уперся ногами в пульт. Рваные грани броневых плит, что промелькнули по краям обзорного экрана, одарили надеждой — он пробился. Катер под громовой рев двигателей ломился сквозь крейсерские палубы — разбрасывал обломки и останки… На мгновение к панорамному экрану приникло окровавленное синее тело. «Изыди, сука». — Николай медленно, но верно терял контроль над разумом. Швыряемый из стороны в сторону он гадал, сколько продержатся двигатели и герметизационные переборки? И сколько продержится он сам?
— Давай!
Грохот внезапно прекратился; сопровождаемый роем осколков катер покореженным снарядом вылетел из пробоины в борту крейсера. Искры звезд встретили его… И более ничего.
«Маяк… включить…», — крайняя мысль. Далее — тьма.
Глава 11
Специфические запахи пыльных углов, нагретого пластика, крепкого алкоголя, кофейных автоматов, закусок, довольных и равнодушных посетителей создавали симфонию ароматов, присущую только «Кардагу». Не менее специфична и звуковая картина: говор, бульканье, хрустальный перезвон, хриплый шепот музыки, гудение сокрытых в панелях приборов… Обстановка привычна.
Диафрагма глазного объектива резко сузилась, отчего левое око Фолка превратилось в красную точку; бармен сфокусировался на Охотнике, возникшем у стойки. Его рука потянулась к чистым бокалам.
— Фирменного или дежурного? — Судя по тембру голоса Фолк пребывал в настроении средней паршивости.
— Дежурного, — ответил Николай, устраиваясь на табурете. Облапив пивную кружку, увенчанную шапкой пены, он кивнул. Спирт неплохо выметал из памяти покойников, но лично он предпочитал пиво. Пусть дешево, но много — на всю бесконечность времени между миссиями. С каждым разом ему все труднее расслабляться, забывая. Он помнил мельчайшие, зачастую страшные детали — семь долгих месяцев службы, наполненных вылетами, императивами, отчетами…
А ведь этого могло и не случиться: если бы тогда Айзексон, по маяку, не отыскал полуразвалившийся катер в сорок седьмом секторе, у черного провала Эрбы, а доктора, в том числе Симона Альрес, не оказались истыми профессионалами. Но это случилось — укрепилось в памяти от и до, включая последнее задание по коду «Альфа- Кей». Он самолично уничтожил племя офарийцев — диких кочевников-скотоводов. Туземцы неизвестно где раздобыли партию лимов — нашли в степи, купили у контрабандистов — неизвестно. Но, как и пресловутой обезьяне им захотелось нажать на кнопку. И они нажали, перестреляв к чертям соседей и мирную группу этнографов. Федерация, согласно установленной процедуре, выслала к ним аж семерых контактеров — дипломатов безопасности. Они прикончили и контактеров…
Тот, кто не видел, как охотничий катер на бреющем вспарывал молниями аннигиляторов иссушенную солнцем степь, тот не представлял обрушившийся на офарийцев ад.
Николай помнил хлопья пепла.
— Фолк, вдарь со мной по одной.
— Некуда. — Бармен коснулся манипулятором живота. Лицо его исказила гримаса непонятных эмоций…
— Тогда плесни мне на два пальца.
Опрокинув стопку — в довесок к вновь заказанному пиву, Николай обернулся лицом к залу. Что нового? Те же завсегдатаи — персонал Управления. Из Охотников только Владис — вольготно расположился за столиком и на спор пьет с верзилой десантником. Из-за субтильной комплекции Владиса многие вызывали на подобные дуэли. Им не верилось, что он способен выпить десяток литров неразбавленной синтэллы, надавать по шее плохим парням, а затем пройти полигон «Лезвие», на секунду опередив расчетный график. Кстати, Николаю так и не удалось побить этот рекорд, за что Атрат его «мягко» пожурил…