И новый приступ молчания. За те полчаса, что девушка провела у него, Николай привык к тишине.
— Не верится, что ты Охотник. Исчез на четыре года — ни слуха, ни духа — и вдруг вернулся героем. Помнится, я смотрела ролик, а теперь сижу рядом с тобой, Ник, и… — Она отставила чашку, так и не сделав ни одного глотка.
— Идем в гостиную, а то на кухне меня тянет пить. Атавизм, сама понимаешь, — он усмехнулся.
— Зачем ты так…
Малахитовые тона комнаты чуть расслабили Элику. Николай устроился в кресле, потянулся и… принял на колени живой груз; девушка уткнулась ему в плечо. Всхлипнула.
— Теренса нет, совсем нет. Почему?
— Никто не вечен.
Лгал ли он? Николай не знал. Времени на самоанализ не осталось — слезы, на пару с горячим дыханием, опалили ему ухо. Дальнейшие полчаса он пребывал вне жестокой охотничьей реальности — на узорной тахте гостиной, ставшей вдруг очагом нирваны.
Контакт-сигнал прервал идиллию.
— Погоди. — Высвободившись из горячих рук Элики, он натянул форменные брюки, переместился к визору, придал лицу менее сумасшедшее выражение и ответил на вызов.
Взгляд Стэллы Фэль мгновенно разложил его на атомы.
— Привет, я… — Стэлла нахмурилась. Глянула куда-то в сторону.
Николай оглянулся и увидел растрепанную Элику в одной футболке. Она мило улыбалась.
— А ты времени не теряешь, Рос. — Экран погас, так в древности бросали трубки. Не представляй Фэль великое сообщество психологов, могло создаться впечатление, что она ревновала. «Это невозможно, потому что… невозможно», — успокоительное резюме контакта.
— Что она хотела?
— Я не в курсе. — Он досадливо помассировала виски.
— У тебя усталый вид. — Элика чмокнула его в плечо. — Ты ведь в увольнительной, насколько я поняла?
— Пять дней.
— У меня отпуск… — Она потупилась. — Как насчет вместе? Куда-нибудь…
«Перемены. Везде перемены». — Николай улыбнулся своим мыслям.
— Куда и когда? — обращение типичного безопасника. Он отвесил себе условный подзатыльник: разве так разговаривают с женским полом. — Я обеими руками «за».
— Славно. — Она улыбнулась. — Давай завтра, с утра; на Сардосские острова. В девять забегай ко мне…
— Адрес. — Представив себе горячий песок, солнце, разлапистые пальмы и безбрежную синь Восточного океана, Николай кивнул. Возможно, это то, что сейчас необходимо.
***
Мягко шелестел океанский прибой, омывая серповидный берег — полосу белой гальки шириной метров сто, что соединяла аквамарин воды с травяной грядой. Иссушенные солнцем зеленовато-желтые пучки, поблескивая крупинками песка, как могли обрамляли подножия пальм, чьи крестообразные верхушки рвались ввысь — к легким облакам. Природа раскачивалась в такт ветра; под скрип и шорох мелькали среди изумруда пятна неба.
Николай расстегнул еще одну пуговицу на рубахе. Нехватка тени и раскаленные копья лучей земного светила медленно доставали своей изнурительностью. Таковы острова; приходилось терпеть, адаптируясь к климату. Благо персонал отеля создал отменные условия для адаптации.
Номера люкс, заказанные Эликой, представляли собой бамбуковые хижины, эффектно смотревшиеся в рамке близких джунглей. Простота, удобства, в число которых входил и кондиционер, открытость соленым ветрам и просторам…
Тихо скрипнула закрываемая дверь. Миновав порог и тем самым нырнув в царство относительной прохлады, Николай бросил сумку с охотничьими принадлежностями на топчан, еще раз осмотрел убранство комнаты и подошел к окну. Туземный вид… Если бы не диск спасательной службы, висевший над океанской рябью, и не белокаменный комплекс отеля, что сиял меж холмов и пальм, пейзажи могли бы обмануть неискушенного наблюдателя первозданной дикостью.
— Отомри, — Элика крутанулась юлой, демонстрируя наряд а ля бикини. — Искупаемся?
Ведомый призывом Николай вновь забросил на плечо сумку с подотчетным оборудованием и покинул хижину. Окунулся в жару… Ломкая трава под ногами, белые облачка песка, пенные буруны волн — он расслаблялся, созерцая…
Капли воды алмазами сверкали на щеках Элики. Прекрасный образ закружил время и события — пляжные красоты, изысканное убранство ресторана, где хрусталь и свет играли с чувствами, разговоры на общечеловеческие темы без акцентов на тактический анализ. Мир мог потерпеть Охотника…
Сонно насвистывали за окном неведомые птахи, величественно гудел океан. Николай усердно делал вид, что спит. Девушка поверила — выскользнула из постели, несколько секунд медлила, прежде чем одеться, достать из кармана платья короткий, сродни авторучке, цилиндр и… выбросить под открытое звездное небо. Облегченно вздохнуть.