Вставив ключи в скважину замка багажника, Марат надавил на него сверху ладонью и, провернув ключ, открыл крышку. Та, со скрипом поднялась вверх и мужчина, резко отстранившись, закрыл ладонью нос. Смрад стоял настолько сильный, что мужчине понадобилось время, пока он немного развеется. Затем, Сорин, вынув из заднего кармана брюк носовой платок, вернулся к машине и, заглянул в багажное отделение. Совершенно пустой багажник, продолжал источать зловоние, словно в нем перевозили тухлое мясо.
Мужчина захлопнул крышку и, забросив ключи обратно в салон, вернулся к патрульной машине.
- Диспетчер, вызовите эвакуатор на пятнадцатый километр. Пусть доставят машину на штраф стоянку до дальнейшего выяснения обстоятельств.
- Хорошо, Марат Эдуардович.
- Конец связи.
Он забрался на водительское сидение патрульной и, захлопнув дверь, еще раз посмотрел в сторону брошенной машины. Готовая в свое последнее путешествие, она стояла, чуть наклонившись на склоне обочины, изувеченная временем и человеческим отношением. И, хотя на данный момент, не было никаких причин назначать экспертизу на установление личности того, кто ее здесь оставил, Сорин испытывал к ней неоднозначное чувство. С одной стороны, это просто брошенная машина, даже если она и угнана у покойного владельца, то на ее поиски вряд ли кто-то станет тратить время. Волновал Марата только лишь тот, кто доставил ее сюда и здесь Сорин не хотел спускать дело на тормозах. Не в его правилах было ждать, когда все разрешиться, само собой.
Тем более этот запах из багажника говорил о перевозке чего-то испорченного и, было оно животным или человеком полицейский не знал.
Он вновь взял рацию и вызвал диспетчера:
- Запросите в отделе Волгоградской области данные о тех, кто находится в розыске. Сообщите, что у нас появилась брошенная машина с их региональными номерами. Как только поступит информация, незамедлительно сообщите мне. Конец связи.
Мужчина вывел патрульную машину на дорогу и, поглядывая в зеркало заднего вида на брошенный автомобиль, направился в город, в голове для себя сделав пометку, что это дело на данный момент у него в списке под номером один.
3
- Как ты себя чувствуешь? За последние дни было что-то, что тебя действительно сильно беспокоило?
Матвей склонил голову в бок, он смотрел куда-то в сторону, растирая кисти рук, словно омывая их под невидимыми струями воды. Мальчик, молча, наблюдал за игрой солнечного света, лучи которого падали на пол проходя через окно светлого, просторного кабинета психотерапевта.
Тридцатисемилетняя Валерия Котова, специализирующаяся на подростковом расстройстве психики, сидела напротив Матвея, глядя на паренька через стекла очков, обрамленных тоненькой золотой оправой. На ее коленях лежала большая записная тетрадь, в левой руке женщина сжимала шариковую ручку. Она занималась историей болезни Астапова Матвея почти год, с того момента, когда с мальчиком произошел сильный нервный срыв. С тех пор Матвей часто замыкался в себе, и вывести его на нужный разговор было крайне трудно, но, несмотря на это, Валерия уже имела целую кипу записей, сделанных во время наблюдений за пациентом.
Матвей посмотрел на женщину, на несколько секунд перестав растирать руки, подавив в себе присутствие нервозности и сосредоточившись на вопросе, отрицательно покачал головой.
- Очень хорошо, Матвей. Ты ведь знаешь, что когда мы с тобой играем в нашу любимую игру, то тогда понимаем друг друга достаточно быстро?
Она улыбнулась, глядя в глаза пареньку и Матвей, слегка улыбнувшись в ответ, ответил:
- Да, знаю. Мне нравится говорить с Вами.
Котова переложила тетрадь на стол, показывая этим, что сегодня у них состоится разговор, который Матвей может воспринимать в качестве дружеского. Она и без своих записей отчетливо знала все, что ей нужно знать про Матвея. Начав работать над его болезнью в прошлом году, Валерия столкнулась со случаем, сильно заинтересовавшим ее. В отличие от других пациентов, Астапов был полностью погружен в свой мир, но с той разницей, что довольно сильно связывал его с реальностью. К тому же в его словах, не было никаких разногласий. Истории мальчика могли сойти и за реальность, с той разницей, что если бы про это говорил здоровый с точки зрения медицины человек, то его слова незамедлительно пришлось бы проверить правоохранительным органам. Часто Матвей говорил про человека, который орудовал в лесу, закапывая человеческие тела и что стаи волков со светящимися глазами, охраняли его, словно сторожевые псы. Именно их, он так сильно испугался, находясь в лесу и с тех пор, делился этим страхом с окружающими его людьми.