Она наблюдала за этим человеком, как ей казалось с безопасного расстояния и он, был высокого роста, одет в черный плащ, на голове волосы постоянно взлетали вверх от порывов ветра и прядями падали на лицо. Продвигался мужчина от опушки леса в сторону поселка, не оборачиваясь по сторонам, а только уверенно шествуя вперед. В левой руке, он, нес мешок, в котором лежало что-то круглое и небольшого размера. Женщина видела, как тот человек прошел почти половину пути и, остановившись, посмотрел в ее сторону. Она почти узнала это лицо, обратив внимание на знакомые черты, прорисовывавшиеся и растворяющиеся одновременно и в тот момент, когда казалось ответ, найден, слева от нее раздался хруст ветки. Кто-то выходил из леса и, обернувшись, она увидела в нескольких метрах от себя, вышагивающее обезглавленное тело. Оно, переваливаясь из стороны в сторону и не торопливо, направлялось к ней.
Валерия резко села в кровати, оглядывая комнату, на часах было только два часа ночи, но кошмар прогнал всю сонливость. Несколько секунд женщина еще видела перед собой тело без головы, но постепенно оно растворилось.
За эту ночь Котова просыпалась еще два раза и каждое пробуждение, сопровождалось практически одним и тем же видением. Словно ее сознание пыталось как можно надежней и точнее записать увиденный образ, прокручивая кошмар раз за разом. В итоге к утру, она уже не могла понять, что с ней происходит. Затянувшийся ночной кошмар, это было даже для ее практики что-то новое.
В дверь кабинета постучали и, взглянув на часы, Валерия отметила, что пришло время приема посетителей. Сегодня у нее на очереди был Иван Астапов, отец Матвея, мальчика которого с трудом удалось вернуть в адекватное состояние, после произошедшего с ним приступа. Сам Астапов старший, за последний год, также, как и сын, проделал много работы над собой и Котова, была уверенна, что, несмотря на все попытки снять с себя ответственность за сына, в глубине души Астапов понимал, что только он один в ответе за жизнь Матвея.
Некоторые люди, так сильно углубляются в собственные проблемы и так яростно сохраняют в памяти негативные события своей жизни, что постепенно им начинает казаться, будто по-другому уже и не будет. Постепенно плохое вытесняет из памяти все хорошее, оставляя лишь только разочарование и неуверенность в своих силах. И борьба с подобным проявлением оценки собственной жизни, по наблюдению Котовой в отношении Астапова старшего, продвигалась с положительной тенденцией. Мужчина, постепенно возвращался к жизни, бросив пить и наконец-то вспомнив, что его сын нуждается в отцовской поддержке как ни один другой ребенок. И это без сомнения была ее личная заслуга, но врач продолжала работу с этим мужчиной, стараясь полностью вернуть его в мир, наполненный только положительными эмоциями.
- Войдите, - сказала она, убирая все ненужные документы и делая большой глоток кофе, в надежде, что он все-таки сможет ее взбодрить.
В кабинет вошел Иван Астапов, мужчина сегодня был гладко выбрит и одет в темные брюки и светлую рубашку. В руках он держал какой-то предмет, туго перетянутый целлофановым пакетом. Робко улыбнувшись и поздоровавшись, он сел на стул, глядя на женщину совершенно новым, иным для него взглядом.
В этих глаза Котова уже давно не наблюдала той самой пелены, которая заволакивали зрачки в первый день их знакомства. Теперь, они сияли и приобрели свой природный цвет.
- А где сегодня Матвей? - спросила она, усаживаясь удобней в своем стареньком кресле и готовая вести сеанс.
- Я отвел его к соседям. Это пожилая пара, они сдают комнаты для постояльцев и всегда рады видеть моего сына, – мужчина немного подумал и добавил. – Мне никогда не было даже известно о том, что почти все, кого я знаю, рады видеть Матвея, несмотря на его недуг.
Он стыдливо опустил глаза в пол, тиская в руках сверток.
- Многие родители так думают, когда у них появляются дети с отклонениями. Им начинает казаться, что с этого дня их семья теперь изгой общества и всячески прячутся от посторонних глаз, - прокомментировала женщина слова Ивана и тот только одобрительно кивнул.
- Но я хочу сегодня поговорить немного о других вещах.
Иван вновь поднял голову с заинтересованностью в глазах, он смотрел на Котову так, словно она была не просто его лечащий врач, помогающий привести в нормальное состояние сложившуюся ситуацию в семье Астаповых. Он смотрел на тридцативосьмилетнюю женщину как на друга или, может быть, как на человека, жаждущего помочь ему от блужданий в своей алкогольной зависимости, не видя выхода на протяжении последних лет.