- Найди всех, кто вчера общался с этим парнем, и собери их в доме Сенчиных. Никто не должен заходить в дом Самойловых, пока его не осмотрят эксперты. Затем, организуй охрану для всех собравшихся. Я приеду, как только узнаю, почему Старовойтов так сильно подвел меня.
Сафин, молча, все выслушал и ушел, оставив начальника полиции одного. Сорин подошел к столу и осмотрел все листы бумаги, но не нашел среди них того листка про который говорил Сафин. Возможно, Денис в порыве эмоций забрал его и если так, то тогда парень уничтожил важную улику. Но в любом случаи в приоритете сейчас у них обеспечить полную безопасность всем гражданским оказавшимся втянутым в опасную игру.
Сорин не знал, сколько именно людей проживающих в поселке были замешены в данной истории. Известные ему имена и без того составляли приличный список, и если им удастся пережить сегодняшнюю ночь, то тогда, преступнику придется уйти из поселка.
Он вышел из дома Самойловых и, забравшись в патрульную машину, тяжело вздохнул. Дыхание вновь стало сбиваться, словно на его грудь кто-то водрузил тяжелый груз. Но жалеть себя, не было времени, до окончания службы в полиции оставалось совсем мало времени. И после своего увольнения, он обязательно займется здоровьем, чтобы не стать к концу жизни обузой для своей супруги. А пока требовалось сделать еще один рывок, пройти последнюю в своей жизни карьерную дистанцию и уже тогда с чистой совестью сложить все полномочия.
Он завел двигатель и через полчаса стоял на пороге дома Старовойтова. На улице был припаркован автомобиль старика, но даже после третьего звонка в дверь, Сорину никто не открыл. Марат, спустился с крыльца и, обойдя дом, заглянул в одно из окон первого этажа, пытаясь разглядеть, что происходит внутри. Окно выходило в гостиную, но было плотно завешано шторами. Сорин, продолжил обход, пока не оказался на заднем дворе. Здесь, он оглядел владения Старовойтова, которые представляли собой несколько деревянных построек в виде сарая и гаража. К тому же повсюду у старика росли плодовые деревья, от которых весной веял невероятный аромат.
Марат на расстоянии заметил, что двери на всех строениях закрыты с улицы и направился ко второй двери, ведущей в дом. Для того, чтобы к ней пройти, необходимо было подняться на веранду, полностью укрытую в тени. Заходящее солнце погружало эту часть дома в полумрак и, приготовив пистолет, Сорин толкнул дверь, которая к его удивлению с легкостью открылась.
Мужчина шагнул в дом, не произнося ни звука. В любом случае, если кто-то посторонний был здесь, то он уже знал о приближении начальника полиции. Сорину казалось, что преступник мог скрываться практически за каждым углом и поэтому продвигался он очень медленно и аккуратно.
Весь дом Старовойтова был заставлен старыми вещами, мебель советских времен, главенствовала практически в каждом помещении. Запах недавно приготовленной пищи еще не выветрился, но уже смешивался с легкой сыростью и затхлостью, которые всегда царили в этом доме. Старовойтов был очень нелюдимым человеком и мало кто мог вот так просто прогуляться по его дому, ведь каждый знал, что старик не любил привносить в свою жизнь какие-то новшества, предпочитая максимально консервативный образ жизни.
Преодолев четверть дома, Марат Сорин замер возле арки, ведущей в гостиную, заметив, что в кресле, стоявшем в самом центре, кто-то есть. Голова человека возвышалась над спинкой и была склонена чуть на бок. Со стороны могло показаться, будто человек задремал, уставший от изнурительного дня.
Сорин, аккуратно ступая по деревянным полам, предательски поскрипывающим при каждом шаге, направился к креслу, осматриваясь по сторонам. С такого ракурса он не мог точно определить, кто находится в кресле, но подозревал, что это был сам хозяин дома, к тому же его состояние вряд ли можно было бы назвать сном. За то время, которое прошло с момента их последнего разговора в жизни Ярослава Старовойтова произошло одно очень значительно изменение, навсегда приковавшее его к своему любимому креслу с видом на входную дверь. Его безжизненное тело, застыло в той же позе, которая была свойственна старику во время долгих разговоров. Его руки лежали на подлокотниках, ноги, чуть выдвинуты вперед, а искаженное гримасой лицо символизировало медленную и мучительную смерть, которую Старовойтов принял без каких любо отчаянных попыток к спасению.