Выбрать главу

   * Здесь и далее названия заклинаний выделены курсивом.

   - Игорь!

   Я проснулся от толчка соседки по парте и поднял голову - учительница недовольно смотрела на меня. Я с большой неохотой встал.

   - Игорь! Ты чем по ночам занимаешься! Экзамены на носу, а ты о чем думаешь? Ты учиться собираешься или нет?!

   Я вздохнул и с самым виноватым видом опустил голову. Учительнице быстро надоело меня отчитывать и она, пригрозив вызвать родителей, продолжила урок.

   - Игорь, а ты, в самом деле, чем по ночам занимаешься? - тихо спросила меня Лена.

   - В комп рублюсь, - отмахнулся я.

   - Смотри. На экзамене у меня списать не получится, - проворчала она.

   Да дались мне эти экзамены? И без них как-нибудь проживу. Честно сказать, я бы уже давно бросил бы школу, но меня заставили доучиваться до конца. И никто не спросил, а надо ли оно мне?

   Учебу я не любил и практически по всем предметам отставал. От физкультуры у меня было освобождение. На английском языке я бегло разговаривал и свободно читал, так что на уроках мне было скучно. В химии меня интересовали только формулы ядовитых газов и взрывчатых веществ, но учительница не разделяла моего интереса.

   По нашему с алгеброй обоюдному согласию, мы друг друга не трогали - я её не мучил, она мне не давалась. Да и с другими предметами мне не везло. В общем, я кое-как перебивался с двойки на тройку и думал только о том, чтобы от меня отстали с этой учебой. Исключением была только литература. Никакой необходимости изучать её не было, но она мне просто нравилась. Как и молодая учительница.

   Убедившись, что на меня опять никто не смотрит, я сделал вид, что пишу в девственно-чистой тетради, и опять задремал.

   - Игорь! Ну будь мужиком!

   - Давай, - устало вздохнул я, беря сумку Лены.

   На улице было тепло и сыро, по небу лениво плыли серые тучи. Синоптики, похоже, не ошиблись, обещая снег. Ну да, когда же еще идти снегу, как не в конце марта? Не зимой же.

   Я, как обычно, провожал свою подругу и соседку по парте. Последние лет пять я практически не общался с одноклассниками, просто молча приходил, садился на последнее место возле окна и ждал урока, а потом также тихо уходил. Остальные к этому привыкли и не обращали на меня внимания. Исключением была только спокойная и рассудительная Лена Серова.

   - Что делаешь сегодня?

   - Да думаю отправить экспедицию на захват Карибских островов, - задумчиво сказал я. - Ну или сначала все-таки войну с Турцией закончить.

   - Понятно!

   Лена надулась и отвернулась в сторону.

   - А ты чем занята?

   - Уроками, чем же еще?

   Какие уроки могут быть в одиннадцатом классе?

   - Охота тебе весь вечер с учебниками сидеть?

   - Нет, - поморщилась девушка, и с надеждой посмотрела на меня.

   - Ну так не сиди.

   Лена поджала губы и опять отвернулась. Я понимал, на что она настойчиво намекала. Но ничем помочь не мог, сегодня вечером у меня были дела поважней.

   Придя домой, я закинул портфель в угол и пошел есть борщ. Мама крутилась рядом, и только взглянув на неё, я понял, что скандала не избежать.

   - Ты уроки собираешься делать?

   - Мам, мне некогда, я занят сегодня.

   - Мне звонила Елена Васильевна, ты опять спал на уроке.

   - Мам, я больше так не буду, - покаянно вздохнул я.

   - Что не будешь, учиться не будешь?! Ты как дальше жить собираешься?! Дворником работать?! Ты же в институт не поступишь!

   Я опустил голову и глубоко вздохнул. Потом посчитал до десяти. Не помогло.

   - Я не буду поступать ни в институт, ни в университет, ни в колледж, ни даже в техникум! Сдам я твои экзамены и принесу тебе аттестат, и больше даже в руки его не возьму. Тебе на память оставлю!

   - Ты как с матерью разговариваешь?!

   Она от души хлестнула меня по спине полотенцем.

   - В твоей любимой Европе тебя за это лишили бы родительских прав, - уже спокойным голосом сказал я.

   - Сил моих нет уже с тобой бороться!

   - А я думал, ты меня воспитываешь, а не борешься.

   - Сколько можно уже?! Отец такой человек, а ты кем станешь?

   - Мама, я уже зарабатываю больше чем отец.

   Но мама меня слушать не хотела, поэтому я молча продолжил есть борщ. Мои родители видели только один нормальный путь развития для меня - школа, институт, аспирантура, диссертации, а венцом моего жизненного пути должна быть должность заведующего кафедрой. Также мне полагались: жена из "хорошей семьи", друзья с высшим образованием и как развлечение - вечные разговоры о том, как хорошо живут люди в Европе, и о "жутком тоталитаризме" в "этой" стране, из которой давно пора валить.