– Понатыканных монументов мне еще не хватало. Популярность развращает. Эх, на что тратятся жизни…
– Говорит тот, кто зарастает мхом. Томишься как тигр в клетке зоопарка.
– Главное, чтоб нравилось! А ты не устал нести этот крест?
– Нет. Я рад тому, что топчу грязь.
– А тут круглосуточный магазин в шаговой доступности. Приготовленная с дымком еда с незабываемым послевкусием. И если удастся трапезу разделить с компанией, как сегодня, то слаще меда покажется.
– Поступаешь наперекор велению. У неизлечимо больного, которому сообщили, что ему осталось недолго, снимутся ограничения. Мораль и правила сбросятся черствой коркой. Рискни, решись на такое, на что раньше не хватало дерзости. Привилегия, отведенная для смертников. Я перестал зацикливаться и извлекаю выгоду из проклятья, которым одарен, а ты решительно бесплодно проводишь отведенное время. Вспять его не повернешь.
– Эй, я гуляю по два часа в день. Здоровье, как у быка! А приспичит, наведаюсь на пляж за ракушками, в лес за ягодами и грибами или в храм. Я развлекаюсь по-своему.
– Сумеешь обмануть себя – обманешь любого. В нас преимущественно человеческого, чем потустороннего. Мы податливы року. Трагедии призывают слезы, и ты смахиваешь их в снег. Я сходу назову размеры твоего несчастья.
– Ах ты какой проницательный! – Старик натужно просмеялся. – Зоркий как орел. А где падаль, туда они и слетаются.
– Тогда ответь же: что происходит в могиле?
– Я не роюсь в кучах с кротами и не цепляюсь за летучую мышь.
– Пойми, я с благими намерениями. Прими предложение и не пожалеешь. Ты умен, многое возьмешь из того, что выгодно лично тебе.
Старик посмотрел в расщелину, что открывала вид на темнеющий свод.
– Вот и первые звезды… И чего мы так часто отдаемся к ним с восторгом? На невооруженный взгляд – это яркие крупинки. Понять их разнообразие, природу возникновения, различие размеров и качеств может лишь астроном, вооруженный мощным телескопом. А много ли их?
– Из-за необразованности притягивает образ – удаленное на множество световых лет космическое чудо. Они формируют полотно романтичное, сотворенное вселенной. А мы, по ее меркам, ничтожны. Примитивны и не ищем обоснований.
– До чего прекрасны! Смотрел бы на них не боясь простудиться.
– Дольше любоваться вредно для здоровья. Я не менее заинтересован в превосходных вещах, но владею собой и вижу, что другой упускает.
– Не насилуй себя. Пройдись по цветущему полю, понаблюдай за деревьями и за уютом птиц, как они вьют гнезда и щебечут; следи за направлением бурлящей реки и как ей повинуется рыба. Не имея ни оптических орудий, ни требуемых познаний, не задирай голову, не смотри на безбрежное небо. Посиди на берегу и понаблюдай, как раскрывается жидкое золото.
– Каждый, от мало до велика, рвется к высотам. Под ногами неустойчивая твердь. Ты обречен быть заживо съеден песками. Чтобы вылезти понадобиться сила, которая будет эквивалента силе требуемая для поднятия автомобиля.
– Все же мы разные.
– И каков вердикт?
– Одинаковы, но в своих наклонностях различны. У меня пылкое воображение, потому сильнее углубляюсь в увлечения.
– Поэтому даришь подарки божественные и дивные? Чем он их заслужил?
– Практика показывает, что перемены сглаживают углы.
– Экономишь на веревках, чтобы купить пушку.
– Про Золотую антилопу слыхал? Жадный Раджа похитил ее друга и заставил антилопу скакать по дворцу, выбивая копытами монеты. Но ты не Раджа. Ведомый не станет ведущим. Твой господин заказал поймать меня. Но кого бы он не отправил, никому это не удастся.
– Господин? Это ранит слух. С рабами не возятся. Инструменты, которые портятся и выбрасываются. Мне платят за проделанную работу, которую выполняю всеми доступными средствами.
– И на что ты готов пойти?
– Ты не оставляешь мне выбора.
Стоило коснуться воды, как тут же ко мне подобрался жгучий холод.