…
– Прием-прием! Это база. Как слышно, ответьте?
– …
– Что-то не так? – спросил старик, подметив мое остолбенение.
– Нет, – сглотнув, выдавил я. – Задержался я. Свидимся, пастырь.
Река уксуса, часть четвертая
Почти добрался. Поднажмем.
На старт! Внимание! Марш!
…
Стадион утопает в эйфории, трибуны ревут. Страсти разворачиваются на беговых дорожках: я мчусь, как олимпийский спортсмен, лечу, как человек, говорящий с ветром, а противник дышит в затылок, рвется вперед. Обогнать меня, но не ради победы. Он хочет, чтобы он – ужас – вновь явился в первородном виде.
Размечтался! На, глотай пыль.
Вскидывая руки, с гордостью перерезаю своей тушей ленту. Финалисту достается приз – панельная коробка с очень оригинальным, виртуозным дизайном, имя которому – лабиринт Минотавра. Пьедестал на втором этаже дожидается победителя. Но не так быстро! Критское чудовище потребует объяснений. Надо придумать отмазку моему опозданию, раз уж я осторожно, словно иду по хилому висячему мосту, передвигаюсь черепашьими шагами. Мне думается, что, если я неправильно поставлю ногу, пожарная лестница посыпается, словно карточный домик.
«Я встретил девушку, богиню, и Купидон поразил меня прямо в сердце!»
Ух, как приторно. Аж вязнет во рту.
«Я спас котенка из-под лошадиных копыт. Владелицей оказалась старая знакомая, и она настояла на том, чтобы меня отблагодарить»
Чем это еще отблагодарить? Двойной смысл – корм для детектива.
«Я участвовал в операции по задержанию преступника! Мой гражданский долг, как-никак»
М-да. Таланта нет. Куда я лезу?
…
Я застыл, задержал дыхание. Протер глаза и взглянул повторно. Железная дверь отдыхала на полу прихожей, в ней была вмятина от пушечного ядра.
Вы издеваетесь…
Сюрприз под номером два: в комнате перевернуто все вверх дном. Рабочий стол неровно разделили надвое; под ногами шелестела бумага: отчеты, документы, папки, которые детектив, видимо, не убрал. Сервант с напитками выпотрошен; уцелевшие бутылки валялись в луже вперемешку с разбитым стеклом. В стене по соседству поселилась дыра – пробита не на сквозь, но в эпицентре кирпич разломался и крошился. Меньше всех досталось ячейкам; накрытые письменной доской, они покосились набок.
Зазвонил мобильный телефон.
– Алоха! Что значит пожелание радости и любви.
Задорно-неподходящее приветствие.
– Детектив?!
– Эх, мою халупу в щепке разнесли. Каков урон?
– Большая часть алкогольных запасов уничтожена.
– Неизлечимая рана! – трагично произнесла она. – Я отомщу.
– Где вы? С вами все в порядке?
– Ох, как очаровательно. Ты беспокоишься обо мне.
Причем вдвойне.
– Вы кому-то неслабо насолили.
– Приперся мистер Форс-мажор… Подожди, дай дух перевести. Фух, вроде смылась. Боже, я подобного никогда прежде не видела. Ты не поверишь, но этот громила дверь мне с петель снес! Одним ударом! Черт, прячусь, как помоечная крыса. Подбодрил бы кто меня…
– Мы обновим запасы. И починим дверь.
– Ха-ха… Краткость сестра таланта. Теперь слушай внимательно, Кавасуги.
Ком в горле проглочен. Что бы там не было, я готов.
– С этой беготней я проголодалась! На примете имеется заведение с демократическими ценами и первостатейной охраной.
– Ужинать с человеком, к которому недавно вломились. Ничего плохого точно не случится.
– Расслабься, меня списали со счетов.
«Я о тебе позабочусь», – приправила она щепоткой пугающей игривости.
– Удивительно неубедительно.