– Следуй. За мной, – взбодрившись, сказала она.
– Обожди-ка.
– …
– Оглохла? К тебе обращаются.
– Не трожь, – отбив руку, ответила она и пошла дальше.
Искра, часть первая
Есть теория, что перед смертью наблюдаешь сияние, похожее на мириады рассветов одновременно. Я рассмотрела их и расстроилась, – они выставили чеки за алкоголь и мебель, который ощутимо ударят по кошельку.
Кавасуги… Проклятье, мы же договорились о встрече. Так, здоровяк не преследует. А с чего бы ему? Я же лежу с разбитой головой! Выражаю огромную благодарность мусоровозной компании, которая какую неделю подряд не вывозит мусор. Благодаря вашей халатности я мягко приземлилась. Беру на карандаш: повторить прыжок с парашютом!
…
О да, корову бы съела. С урчащим животом меня вычислят, я словно сигнализирую о своем местоположении. Бумажник заграбастал негодяй, и Кавасуги, не обделенный карманными деньгами, тут как тут! Ему придется раскошелиться по полной программе. Но перед этим небольшой тур.
Добро пожаловать в убежище! В моем гараже вы узрите объект обожания. Я раскрываю свою сокровенную страсть – прожорливого железного коня, разгоняющегося до 250 километров в час. Как ты? Давно не занималась твоим обследованием. Да, вот так. Не слезала бы с тебя никогда. Что? Ты соскучился? Малыш, я тоже! Не расстраивайся, скоро я на тебе покатаюсь, и мы поедем куда угодно, хоть к самому закату!
– Зеркало-зеркало…
Чтобы цель оправдывала средства, перед свиданием необходимо привести себя в порядок. Что бы надеть? Пф, я словно популярная певица с неизмеримым гардероб. Первое попавшееся и станет моим вечерним нарядом. Найти бы еще что-нибудь, желательно не шибко грязное и, самое главное, – привлекательное…
Мамочки, из воды сухой не вышла, без синяков не обошлось. Слава богу, что ограничилась ими. Ванную со льдом бы.
…
Азанагами Мицуки. Девочка, которую ищет некий родственник. Дядя Берендей не лыком шит.
Тогда шел ливень. В лохмотьях, замершая, она сидела у моего порога, как бездомный котенок. Приют, жестокие воспитатели, избиения – лаконичной и чуть смазанной была предыстория. Но хроническая травма – шрамы недоверия – не обошла и ребенка. Я могла привести ее в участок, скинув с себя все полномочия, но вместо этого взяла под свою опеку. Незаконно удочерила. Добродетель продавила, а там и совесть в придачу. Наступила ли я на грабли? Склоняюсь к этому. Она отплатит тем, что прольет свет на некоторые мелочи. Ха, мелочами тут и не пахнет.
– А-алло-о-о? – сонно ответили на конце провода.
– Немедленно воскресни, Мицуки! Время для очевидно невероятного.
Сопит? Да ты издеваешься!
– Грабят!
– Г-где?! Кого?! – на фоне явной сумятицы говорила собеседница. – Не-е-е-ет! Не надо, п-пожалуйста!
– В не очереди прыгают крысы с тонущего корабля, не мы! – с чувством выполненного долга, сказала я. – Это проверка… Нет, не проверка! Руки в ноги и бегом к прилавку! Ладно, ложная тревога.
– Э-э-э…
– Чего звоню? Посплетничать. Недавно ко мне наведался друид, а если не он, то его манипуляциям нет аналогов. Гость… выбил массивную железную дверь, в которой пули застревают. А еще… он перевоплотился. Наполовину человек, наполовину медведь.
– Т-ты меня разыгрываешь, Сейчи?
– Несостыковки в легенде, Мицуки. В приюте, откуда ты удрала, работает столь чудотворный персонал? Мужчина просил отыскать… тебя. Ничем со мной поделиться не хочешь?
– Сейчи…
– Порой стучатся с безотказным предложением.
– Э-это м-моя вина, – всхлипывала Мицуки.
– Ты не виновата. Встать на твою защиту было моей личной прерогативой.
– Н-недомолвками я сулила себе безопасность, что ты не избавишься от меня. И х-хуже всего – я нарочно хранила молчание!
– Славненько. Не то, чтобы мне прям снесло крышу. Скепсис задвигался с каждым точным попаданием. Выкладывай.
Сделав глубокий вдох, Мицуки сказала:
– Бегство – не выдумка. И м-моим надзирателем был тот, кто повязан узами бессмертия, и вопреки неразрывному циклу обрел второе дыхание.