— Я из районной газеты. Вадим.
— А по батюшке-то как, если не секрет?
— Альбертович.
— Недавно у нас? А то я наших-то всех давно знаю.
— Недавно, — согласился Вадим, не желая признаваться, что всего-навсего третий день.
— Откуда сами-то будете? Видно, что не наш, не деревенский.
— Из Ленинграда.
— Ой, как Вас угораздило-то! Вы извините, не вовремя Вы к нам пожаловали. Вот уж точно в неурочный час. У нас тут как раз немножко не совсем в порядке дела. Подзагуляли девчонки-то. Но я их сейчас в чувство-то приведу, Вы не беспокойтесь. А ферма у нас самая что ни есть передовая. Мы в районе всегда первое место занимаем. Веселовская ферма всегда в почёте. У нас даже переходящее Красное знамя области есть. Вот! Пойдёмте, я Вам покажу наши достижения — и грамоты, и дипломы, и ценные подарки.
Она было повела Вадима в красный уголок, открыла туда дверь, увидела на столе следы попойки и торопливо захлопнула.
— У нас там сейчас не прибрано. Вы извините, я Вам потом всё расскажу и покажу. Может, мы в контору пройдём?
— Вы сказали девчонки. У вас, что комсомольско-молодёжный коллектив?
— Ой, да это так. Мы промеж собой-то всё девчонки да девчонки. Так до самой старости. Конечно, не молодые уже. Вот на днях одну на пенсию проводили. Молодые-то всё в города норовят, не хочут в деревне оставаться. Ребята-та те хоть трактористами работают, а девкам куда? Только на ферму. А это в четыре утра на дойку вставать, а вечером до десяти на ферме. Да у каждой по двадцать пять голов. Подоить, накормить, прибрать. Мы-то привычные, и то устаём, а молодым дак и совсем не под силу. Ладно, пойдёмте в контору-то, тут не далеко. Правда, председатель наш сегодня как раз в район уехал, но цифры мы Вам все дадим и без председателя. Зоотехник там, на месте, утром видела. Она хоть и собиралась на Высоковскую ферму съездить, да, может, ещё и застанем.
— Мне редактор говорил, что у вас председатель сельсовета толковый.
— Ой, и правда, толковый. Молодой, а головастый. Вот и правда, Василий-то Петрович Вам всё и расскажет.
Не успели отойти от фермы, как подрулил Дима.
— Всё в порядке! — доложил он. — Мамаша нас на обед ждёт. Щами деревенскими угостит. Тебе, поди, таких, из русской печки, и есть никогда не доводилось.
— Не доводилось, — признался Вадим.
— Вот и отведаешь, — довольно засмеялся Дима. — Привет, тётка Маня! Ты-то как узнала, что гости на ферму приехали?
— Дак твою машину увидела и догадалась. Сломя голову и помчалась гостей встречать.
— Испугалась? Мамаша говорит, загуляли доярки-то после юбилея.
— Ой, лучше не говори! Загуляли, Димочка, загуляли. Прямо не знаю, что и делать. Вчера сама скотину кормить приходила. А подоить экую ораву мыслимо ли дело одной? Спасибо, бабы помогли. Так неудобно перед гостями-то дак слов нет.
Дима лихо подрулил к деревянному дому с высоким крыльцом, над которым висел красный флаг. Из-за полного безветрия его полотнище свисало вниз, являя собой полное смирение и покорность местной советской власти. Зато председатель оказался настоящим вулканом. Увидев в окно подъехавшую машину, он встретил гостей прямо на ступеньках.
— Димка, здорово! — закричал он, игнорируя всякую субординацию. — Мария Степановна, знакомь с гостем.
— Это Вадим Арнольдович, — представила она.
— Альбертович, — поправил Дима.
— Ой, простите дуру старую, запамятовала. Помню, что отчество-то какое-то мудрёное — не то Адольфович, не то Арнольдович, а настоящее-то и вылетело из головы.
— Да ничего, всё нормально.
— Володя, — протянул руку председатель.
— Вадим.
— Раз уж с Димой приехал, то, скорее всего, корреспондент. Из молодёжки?
— Нет, из «Волны».
— Новенький что ли? А я думал, из молодёжки, хотел про своих старых знакомых расспросить.
— Я там никого не знаю. Я на практику. Из Ленинграда.
— Да пойдёмте же в кабинет, — встрепенулся вдруг председатель. — Что мы тут на крыльце-то мёрзнем. Настя сейчас самовар поставит, чаем угостим. Пошли, Мария Степановна.
— Не до чаю мне, Владимир Иванович, делов по горло. Вы уж тут сами, без меня. Управитесь, поди?
— Да управимся, управимся, — рассмеялся председатель. — Ну, коли недосуг, беги по своим делам. Мы с ребятами посидим, за жизнь поговорим.
— Поговорите, поговорите, — как показалось Вадиму, с намёком сказала бригадир.
— Меня ведь совсем недавно, на этих выборах, председателем избрали, — начал Володя. — Я в райкоме комсомола работал. Вот та работа, с молодёжью, это было моё, но в райкоме партии сказали, что пора расти. Я на заочном учусь. Ещё полтора года осталось, а потом обещали зампредом райисполкома. В общем, вот так вот. Я ведь из местных. Здесь, в Весёлой, родился, тут школу закончил. Раньше-то она Горемыкино называлась, а потом, как наши доярки стали первые места занимать, районные власти и обратились в Верховный Совет по поводу переименования. Нехорошо как-то получается — передовая ферма, а называется Горемыкинская. Теперь — Веселовская. Вот и веселимся. Уже знаешь, наверное, что у нас тут маленькие проблемы? Поплакалась Марья Степановна?