– Марион Кэмпбелл!
Она вздрогнула.
– Вы уедете завтра на рассвете! – объявил старик, внимательно глядя на девушку.
– Завтра?
– Я приказал приготовить для вас карету. Трое моих людей будут вас сопровождать.
– Я не могу уехать! После сражения у нас будут раненые, и я смогу заботиться о них…
– Глупости! В лагере достаточно женщин!
Она замолчала, подыскивая слова, которые могли бы заставить дядю переменить решение. Но то был напрасный труд, Марион знала это заранее. Поэтому она только досадливо тряхнула волосами. Бредалбэйн смерил девушку суровым взглядом, но мало-помалу черты его смягчились.
– Я благодарен вам за все, что вы для меня сделали, Марион, – продолжал старый граф тоном уже более мягким, чуть ли не ласковым. – Но я не могу позволить вам здесь оставаться. Армия герцога Аргайла слишком близко.
Он заерзал в кресле, устраиваясь поудобнее, отчего оно снова заскрипело.
– Если Аргайл узнает, что вы проникли в его кабинет в Инверари…
– Меня никто не видел.
– Никогда нельзя быть в чем-то абсолютно уверенным, поверьте старику на слово! Это ошибка, которая может стать для нас роковой. Многие лишились головы из-за собственной беспечности или неосмотрительности.
– Никого не было в том крыле замка, когда я была там! Все его обитатели были слишком заняты – следили за «Черной стражей» генерала Гордона, который обосновался в километре от замка.
– Вас мог увидеть кто-то из прислуги. Разве это так уж невероятно?
В этом Марион сомневалась. Она с десяток раз проверила, не следит ли за ней кто-нибудь. И потом, кто заподозрит в неблагонадежности солдата, который охраняет коридоры замка, принадлежащего генералу армии короля Георга? В кабинет герцога она проникла, одетая в мундир королевского гвардейца. Граф Бредалбэйн предполагал, что там она сможет найти компрометирующие Аргайла письма. Это могло бы стать решающим оружием, способным навлечь на герцога королевскую немилость на случай, если якобиты потерпят поражение. И если самому Бредалбэйну в итоге не удастся получить титул герцога, которого он добивался уже столько лет и который дал бы ему возможность стать главой клана Макдермидов Кэмпбеллов, по меньшей мере то был бы славный реванш – увидеть, как рушится карьера герцога Аргайла. Однако для этого необходимо было раздобыть доказательства вероломства герцога по отношению к Ганноверскому королевскому дому, а это оказалось делом непростым.
Старый граф предполагал организовать заговор и обвинить Аргайла в оскорблении Его Величества, вдохновившись историей герцога Мальборо во времена правления Гийома III. Несчастного герцога на шесть недель упекли в лондонский Тауэр, репутация его была безнадежно испорчена. В итоге его обвинили в двойном шпионаже и подвергли опале. Бредалбэйн подозревал, что Аргайл приложил руку к этому делу. В любом случае идея пришлась ему по душе, однако пришлось от нее отказаться, поскольку его врага назначили главнокомандующим правительственной армии. Нужно было найти другой способ. Может, переписку с кем-нибудь из лидеров якобитского движения?
Но как этой старой лисе удалось привлечь на свою сторону Марион Кэмпбелл? За несколько месяцев до описываемых событий Марион подслушала разговор отца с дядей. Отец приехал к Бредалбэйну с просьбой одолжить ему денег, в которых он отчаянно нуждался: пришло время вносить годовой взнос за аренду земли. Такой случай нельзя было упускать: из Драммонд-Касла отец ехал по делам в Эдинбург, поэтому Марион настояла на том, чтобы составить ему компанию, как это часто бывало.