— Дорогой инструмент, я его дома храню.
А к обеду они с Карэном кончили разбивку и токов, и дороги меж ними, даже места опор разметили. Месроп с Вартаном только и успевали колышки забивать и натягивать шпагат.
— Где ж ты этому выучился? — спрашивали за обедом.
— В армии,— отвечал повеселевший Самвел.
— Умная штука, когда дома начнем ставить, она нам здорово пригодится,— одобрил Погос.
— Я и логарифмическую линейку прихватил, любой объем вмиг могу подсчитать.
— Линейка хорошо, а я вот тебе лопату побольше отложил,— недобро пошутил Гурген.
После обеда началась настоящая работа. На всей размеченной площади предстояло на глубину лопаты снять слой дерна.
Самвел сбросил гимнастерку, осмотрел лопату и огляделся вокруг. Перед ним лежало огромное никогда не паханное поле, выбитое колхозным стадом. Через дорогу в дальнем углу своей делянки Погос в нижней рубахе, подняв голову, шевелил губами и крестился. Наверное, он желал, чтобы ток не знал неурожайных годин и лихолетья…
— За казахстанский миллиард! — вспомнив название какой-то статьи, воскликнул Самвел, ощущая, как и старый Погос, потребность сказать что-то в этот важный момент, и глубоко вонзил лопату в весеннюю землю…
— Коротковат еще майский денек,— сокрушался Погос, когда в сумерках усталая бригада возвращалась домой.
Карэн сразу, не раздеваясь, валился на кровать.
— Вставай, вставай,— тормошил друга уже успевший умыться и переодетый Самвел,— идем ужинать, на такой работе без хорошей заправки быстро ноги протянешь. Да и мужики скажут: слабаки…
Утром, едва полоска зари загоралась за Илеком, сбивая росу пыльными сапогами, шли на объект. Пока повариха Нюра приносила на ток завтрак, обычно гречневую кашу с тушенкой и кофе, успевали сделать немало.
С утра солнце припекало по-летнему, и от влажной земли парило, хотелось пить, и взгляд все чаще задерживался на деревянной бадье, но подходить первым, выказывая слабость, Самвел не хотел, терпел. Первым всегда направлялся к бадье Гурген — пил он долго, смакуя каждый глоток. Возвращаясь на свою делянку, поравнявшись с Самвелом, однажды сказал:
— Ты поменьше о бульдозере думай, оно быстрее и легче пойдет,— и, ехидно улыбаясь, уверенный и сильный, зашагал дальше.
Самвел ничего не ответил, потому что как раз думал о бульдозере.
Основание под дорогу и площадки для токов расчистили к исходу недели и, уходя на ночь, полили. Трамбовать землю тяжелыми метровыми чурбаками из лиственницы Самвелу понравилось. Занятые работой, они и не заметили, как подъехал Аршавэл. Машина свернула с бетонки и въехала прямо на расчищенную площадку. За рулем «Волги» сидел Сурен, сын Аршавэла.
Гурген, находившийся ближе других, бросил трамбовку и услужливо открыл заднюю дверцу, помогая Аршавэлу выйти. На ходу натягивая рубаху на мокрое тело, спешил к машине Погос. С Погосом Аршавэл обнялся и, не снимая руки с плеча бригадира, увел его в сторону.
— Ну, рассказывай, как дела?
Погос неопределенно пожал плечами:
— Работаем…
— Вижу. Ты мне скажи, когда кончишь трамбовать? Я машины с гравием и щебнем хочу заказать, первый слой прямо на площадке самосвалами и отсыплем, носилками еще натаскаетесь.
— Думаю, что завтра…
— «Думаю» меня не устраивает. Пройдем, я сам посмотрю,— и они начали осмотр с дороги.
— Ну, молодцы! — просиял довольный Аршавэл, проверив работу.— Послезавтра ждите гравий.— И, зорко оглядев работающих — а в Шортанды работало большинство новичков,— нарочито громко крикнул: — Сурен, остаемся обедать, съезди в магазин, попроси из председательского фонда «Столичной».
Сурен, лениво поигрывая ключами, нехотя завел машину.
— Пойдем, бригадир, поторопим Нюру с обедом, по дороге и поговорим о делах.— Аршавэл взял Погоса под руку.— После обеда я заберу твоих комсомольцев с собой. Три вагона битума в брикетах достал, пока не расплавился на таком пекле и не разнюхали другие, нужно срочно вывезти. Не то будем куковать без асфальта, а так — мы тока за шесть недель и сдадим. Досрочно, как любит выражаться районное начальство.
— Возьми, Аршавэл, других,— попросил Меликян.
— Что, лентяи?
— Напротив. Самвел умеет обращаться с нивелиром и теодолитом, и я завтра собирался их отправить на разбивку фундаментов под те сборные дома, что будем ставить рядом с правлением колхоза.
— Надеюсь, ты не шутишь? — Аршавэл остановился.
— Ты думаешь, как мы день сэкономили? Идеально расположили тока и дорогу к бетонке привязали — все сделано по нивелиру!
— Прекрасно, уговорил. Только не завтра, а сегодня же. Не только разбивку, но и опалубку пусть выставят и выверят по инструменту. Сразу на все шесть домов, досок не жалеть. Потом навалитесь и все фундаменты забетонируете. Место видное, и шесть готовых фундаментов — хороший аргумент для аванса,— Аршавэл, довольный неожиданным решением, рассмеялся.