Снизившись, понеслись над океаном, как птицы, на бреющем полете. Но скорость свою заметно сбавили. Секунда-другая — и я уже видел над собой привычное небо и знакомые созвездия.
К кораблю пришельцев подошли, если можно так выразиться, пешком и с уважением потрогали его серебристые бока.
— Чугунные ядра не пробили. Куда уж нам, — уныло сказал кто-то из матросов.
— Не расстраивайтесь, господа грабители. Для вас все двери открыты. — Старпом с иронической учтивостью сделал приглашающий жест. — За мной.
Старпом исчез, будто растворился в корабле. Мы не очень уверенно последовали за ним. Сквозь толстые стенки корабля проплыли как сквозь туман и очутились в коридоре, залитом приглушенным светом.
— Ангары с роботами выше этажом, попробуйте взять их, — усмехнулся старпом и, посерьезнев, продолжал: — Рядом с ангарами рубка управления и кают-компания. Но сначала зайдем в сад.
Под гигантским прозрачным куполом расположился сад, ошеломляющий воображение разнообразием растительного мира. Матросы затихли, с недоумением озираясь по сторонам. И было чему удивляться. В саду не дрогнет ни один листик, не шелохнется ни одна травинка. На цветах сидели неподвижные, будто застывшие навечно бабочки и пчелы. Заколдованный сонный мир. Мы прошли чуть дальше и в беседке, на стульях и в креслах, увидели самих пришельцев — таких же неподвижных, будто замерших навек.
— Ушли в свой долгий сон, — словно опасаясь разбудить людей, прошептал старпом и спросил капитана: — Как это они сделали? Заморозили сад и самих себя?
— Не заморозили, — сказал капитан. — Они остановили в саду время — и все биологические процессы замерли.
Однако не все замерло в сонном корабле. Когда мы были в ангаре с роботами, послышались шаги и голоса людей. Мы вышли в коридор и увидели вдруг пришельцев с какими-то трубками. Матросы решили, что это какое-то испепеляющее оружие.
— Они сожгут нас! Спасайся, братва! — завопили они и, бросившись врассыпную, проскочили корпус корабля и улетели в пространство.
— Крысоед, вернись! — приказал старпом. — Ты мне еще нужен.
Крысоед подскочил к старпому и, спрятавшись за его спину, с ужасом поглядывал на пришельцев.
— Ну и трус, — брезгливо скривил губы старпом. — Не трясись, дурак. Убить нас уже невозможно.
Люди прошагали мимо, как будто нас и не было, и зашли в кают-компанию. Мы за ними. Одну из трубок пришельцы водрузили на подставку и погасили свет. Из трубки вырвался яркий сноп света, и на экране замелькали кадры фильма. Сначала мы увидели шар, похожий "а сильно увеличенную каплю воды. Крысоед тупо уставился на голубой шар, медленно вращающийся среди звезд. Но мы-то уже знали, что это наша планета-океан, в которой рассеяны небольшие материки и множество островов. Старпом с живейшим любопытством прислушивался к спору хозяев корабля.
— Не разберу, — хмурился он. — Капитан, о чем они тараторят? Ты хорошо знаешь их язык.
— Кажется, прежде чем погрузиться в сон, эти двое решили проверить и записать свою гипотезу о происхождении жизни в нашей галактике.
На экране наша планета сменилась звездным небом и космическим океаном. Пришельцы переговаривались и, нажимая на клавиши, что-то записывали в памяти своих машин.
— Невероятно! — воскликнул капитан и замолк: уж не вспугнул ли он хозяев?
Но те на возглас капитана не обратили никакого внимания. Для них его просто не было, как не было и нас. Все же капитан заговорил тихо, почти шепотом:
— Вы представляете, о чем они толкуют? Вон тот, коренастый, утверждает, что двуногие разумные существа появились сначала у нас и добились чрезвычайных успехов в науке и технике. Они могли летать в другие галактики, почти по всей Вселенной.
— И где же они сейчас? — с недоверием спросил старпом.
— Погибли. Все планеты были уничтожены, обращены в пыль и обломки в результате галактической катастрофы. Наша галактика и до сих пор остается космически неустойчивой, с какими-то перевернутыми физическими законами. Отсюда ее странности — области с разным течением времени, штормовые моря и вообще весь межзвездный океан.
Капитан замолчал, вглядываясь в мелькающие кадры фильма и напряженно прислушиваясь к тихому говору пришельцев. _ Вот это да! — воскликнул он и снова испуганно посмотрел на хозяев. Но те продолжали беседовать, и капитан зашептал: — Вот это да. По их гипотезе получается, что чудом уцелела только одна планета. И знаете какая? Наша. Но все достижения цивилизации были сметены и погрузились в океаны — в земной и во внезапно возникший межзвездный. От разумных обитателей планеты сохранилась небольшая горстка. Люди одичали и начали свой путь с первых забытых шагов: с трудом добыли огонь, изобрели каменный топор. Боже мой! Ведь до сих пор мы остаемся на низкой ступени развития. По сравнению с пришельцами мы дикари.