Котелок и в самом деле должен был казаться необычным моим попутчикам. Обожженный на огне и закопченный, он сейчас мало походил на прозрачный гермошлем, который я вывернул из комбинезона. Но Орион так и уставился на котелок, то и дело переводя изумленный взгляд на отвороты комбинезона, где еще сохранились пазы.
Я опустился на колени, нагнулся и начал подкладывать в костер сухие ветки. Костер запылал, обхватывая гермошлем огненными космами. Вега и Таня готовили какую-то хитрую смесь из грибов и ухи.
— Когда будет готово, — сказала Таня, — все равно никому не дам завтракать. Уморю всех голодом, пока Сергей не покажет, на кого я похожа.
Я пригласил всех в свое обиталище. Наверное, хижина никогда не принимала столько гостей. Стало тесно, под ногами Ориона треснула доска.
— Осторожней, медведь, — дернула его за рукав Таня. — Это тебе не сверхпрочный звездолет.
Она сразу умолкла, взглянув на портрет Элоры. Остальные гости были удивлены не меньше.
— Таня! — воскликнула Вега. — Это же ты! Ну почти копия. Только вот волосы… У нее они совсем черные. А твои словно вымыты в золотой воде. И загар у тебя золотистый. А она белая.
— Не так уж сильно похожа, — возразил Патрик. — Выражение лица другое.
— Совсем не похожа, — вставил Орион и притворно зевнул. — Никогда не поверю, что моя вертлявая сестра походит на эту спокойную мраморную красавицу.
Когда все вышли из хижины и уселись вокруг костра, Таня сказала:
— Мне она не очень понравилась. Слишком строгая, даже высокомерная.
— Ничего удивительного. Она аристократка.
— Аристократка? — оживилась Таня. — Из средневековья? Да тут, я вижу, целая романтическая история. Расскажи!
— Она аристократка, но не из прошлого, а… — хотел сказать «из будущего», но осекся. Наступал решительный момент: надо рассказать о себе, о своих приключениях. Поверят ли?..
— Вспомнил! — воскликнул Орион и вскочил на ноги. — Но это же невозможно! Невероятно!
Потом подошел ко мне, нерешительно потоптался и сказал:
— Я, кажется, знаю, кто ты. Видел… Ты Сергей Волошин — астронавигатор старинного гравитонного звездолета «Орел».
— Плохо придумал, Орион, — сказал Патрик. — Все знают, что «Орел» вылетел к системе Альтаира в двадцать первом веке и не вернулся. Погиб, не долетев до цели.
— Орион у нас выдающийся мистификатор, — с улыбкой пояснила Таня. — Любит разыгрывать.
— Нет, Орион не выдумал, — проговорил я, стараясь быть спокойным. — Вот только где ты видел меня?
— В Музее Астронавтики. Там портреты всего экипажа… Но… если ты тот самый, где же корабль? И как сам очутился здесь?
— Сначала объясните, в каком я веке?
— Сейчас двадцать четвертый век, — прошептала Таня, глядя на меня расширенными глазами. — Две тысячи триста шестьдесят пятый год.
— Да мы с вами почти ровесники. — Я заставил себя усмехнуться. — Разница в триста лет — сущий пустяк по сравнению с тысячелетиями.
— Тысячелетиями? — пробормотал Орион. — При чем тут тысячелетия? Говори яснее.
Пока я рассказывал, со всех сторон, погрохатывая громами, наползали темно-синие тучи. Никто этого даже не заметил, забыли и о завтраке. Когда подул свежий ветер и защелкали по траве первые крупные капли, Вега зябко передернула плечами, взглянула на небо и сказала:
— Не перейти ли в хижину?
— Там тесно, — напомнил Патрик. — Но я выпрошу хорошую погоду.
Он взял у Ориона стержень, из которого раньше была развернута палатка. Стержень в его руках удлинился, острый конец Патрик воткнул в землю, а наверху появился тонкий обруч диаметром полметра. Пространство внутри круга затуманилось и превратилось в серебристый экран.
Патрик нажал кнопку, и на экране возникла девушка с причудливой копной огненно-рыжих волос.
— Центральное управление погодой. Дежурная по сектору два-восемь, — четко доложила рыжеволосая девушка.
— Скажи нам, как тебя зовут, огненная богиня туч и громов?
— Ирина, — улыбнулась девушка. Нахмурив брови, добавила: — Это к делу не относится.
— Какая строгая. А мы по делу. Просим часа на два расчистить над нами небо.
— А еще туристы! Дождичка испугались. — Ирина насмешливо сощурила глаза. Затем снова нахмурилась и сухо отчеканила: — Частные просьбы выполняем в исключительных случаях.
— Орион, придется тебе, — развел руками Патрик. — Я бессилен.
— Орион у нас важная персона, — обратилась ко мне Таня. Полные губы ее дрогнули в усмешке. — Его слава гремит по всему мирозданию. Знаменитый астролетчик. Выдвигали даже в капитаны, но комиссия каждый раз браковала из-за мягкости характера. Вот он сейчас и тренируется в свирепости.
— Таня, не издевайся над братом, — улыбнулась Вега. — Может быть, он сумеет воспитать у себя командирскую требовательность.