— Зачем выхватываешь планеты из середины?- проворчал Сэнди-Ски.- Ты давай по порядку.
Я перевел луч телескопа туда, где находилась орбита планеты, ближайшей к центральному светилу. С трудом нащупал маленькую, юркую планету, лишенную атмосферы.
— Я так и знал: мертвая планета,- сказал Сэнди-Ски. — Она похожа на нашу Зиргу. Давай дальше.
Сэнди-Ски хотел поскорее рассмотреть третью планету — Голубую, как мы назвали ее раньше. Но я все же сначала показал ему вторую от центрального светила планету. Она имела плотную и совершенно непрозрачную атмосферу. Таинственной незнакомкой назвал ее как-то Сэнди-Ски.
— Давай дальше, — нетерпеливо шептал за моей спиной Сэнди-Ски.
Я стал нащупывать Голубую.Вот она!Отчетливо,как никогда раньше, мы видели голубые океаны, зеленые материки, белоснежные полярные шапки и облака.
— Жизнь!- воскликнул Сэнди-Ски. — Я же говорил, что здесь есть жизнь. Голубая- настоящая жемчужина этой планетной системы. Какая пышная, богатая биосфера! Да это настоящая оранжерея! Не то,что наша Зургана.
«Жемчужина»,"оранжерея» — как естественно прозвучали эти образные слова в устах Сэнди-Ски.И все же,когда он сравнивал Голубую с нашей родной Зурганой, я почувствовал,что в его речи чего-то не хватает. Чего? Я и сейчас не могу дать на это определенный ответ.Если бы вместо Сэнди-Ски был Рогус или пилот Али-Ан,я бы не удивился.Тех я считал людьми несколько скучноватыми. Но ведь это Сэнди-Ски с его необузданной,причудливой фантазией,Сэнди-Ски я знаю, как самого себя! Почему же в его упоминании о нашей родной планете я не уловил какой-то живой и дорогой сердцу нотки? Словно Сэнди-Ски никогда не жил на Зургане,а имел о ней основательное,но книжное представление. Неужели он не помнит,например, как мы совершили с ним труднейший пеший переход по Великой Экваториальной пустыне до оазиса Хари?Я до сих пор чувствую,как немилосердно палило тогда солнце, как захлестывали нас горячие бури, а на зубах противно скрипел песок. Но мы шли и шли по бескрайнему океану песков, гордясь своей силой и выносливостью.
Нет,я не прав! Сэнди-Ски хорошо памятен этот эпизод из нашей жизни на Зургане.Он сам тут же вспомнил о нем.Но вспомнил так,что я не почувствовал жаркого дыхания пустыни,как-то рассудочно… И нельзя сказать, что речь Сэнди-Ски была унылой и плоской,как та пустыня,о которой он говорил, сравнивая нашу обожженную солнцем планету с многоводной планетой Голубой.Его речь была по-прежнему сочна и метафорична.Но странное дело: все метафоры и живописные слова словно потускнели.Да,именно такое впечатление, как будто Сэнди-Ски не жил на Зургане.Он словно не впитывал всеми порами своего тела жарких лучей нашего буйного солнца,словно никогда не ощущал упоительной прохлады северных лесов…
Когда я подумал об этом, сидя за экраном внешней связи, я почувствовал вдруг какое-то смутное беспокойство,даже тревогу и невольно обернулся. Меня не удивило выражение жадного любопытства на лице Сэнди-Ски. Именно таким я и ожидал увидеть лицо моего друга в этот момент. Но его глаза! Не знаю почему, но я вздрогнул, взглянув в его глаза!…
Хрусталев отодвинул рукопись в сторону, достал папиросу и, улыбнувшись, взглянул на своих слушателей Кашина и Дроздова- давних друзей и сослуживцев по научно-исследовательскому институту. На их лицах он увидел любопытство с некоторой долей недоумения. И не мудрено. Хрусталев позвал их вечером к себе домой, чтобы прочитать какую-то рукопись и услышать их мнение. Но какую рукопись, он толком не объяснил.
Хрусталев не спеша закурил,придвинул рукопись и, еще раз взглянув на друзей, приготовился снова читать.
— Подожди,Сергей,-остановил его Кашин.-Признаюсь,ты нас заинтриговал.- И, насмешливо сощурившись,спросил:- Ты что, на старости лет ударился в научную фантастику?
— Нет,друзья,это не фантастика,-рассмеялся Хрусталев.-Я вас, видимо, еще больше заинтригую, если скажу, что это дневник астронавта, прилетевшего на Землю в начале нашего века.
Дроздов, невозмутимый, несколько располневший человек, сидевший в мягком кресле в ленивой и удобной позе, усмехнулся и, махнув рукой, сказал:
— Конечно,фантастика.Я даже догадываюсь,о какой планетной системе говорится в твоей рукописи.О нашей Солнечной системе.Самая большая планета — это Юпитер, другая, поменьше, с ярким кольцом,- Сатурн. А планета Голубая с богатой биосферой — это, конечно, наша Земля.