– Отец, я жив.
Дон Хорхе резко обернулся и увидел своего сына живым и невредимым. К тому же от него снова пахло вином, но на этот раз его это ничуть не затронуло и барон упал на колени перед сыном и протянул к нему руки. От волнения он не мог вымолвить ни слова. В комнате, освещённой несколькими амулетами света, было достаточно светло, чтобы он сразу узнал своего сына, хотя тот и надел на себя на редкость роскошный наряд. Наконец, дон Хорхе смог с громким стоном вымолвить:
– Хесус, сынок, но как? Ведь я же убил тебя…
– Отец, забудь об этом! – Воскликнул Хесус и тут же громко зашептал – Вставай, отец, нам нужно идти. Сейчас я отведу тебя в нашу каюту и пока доктор Асклепий будет заниматься тобой, пойду и найду маму. Хотя она и стала другой, теперь мне уже ничто не помешает сделать её прежней. Я очень скучаю по ней, отец. Поэтому я и стал пьянствовать. А теперь отдай мне свой бластер, я должен сделать так, чтобы в ближайшее время никто не смог ничего заподозрить. Дон Рамирес спишет всё на какого-нибудь злобного воина Танатоса или придумает ещё что-нибудь. В общем никто не станет тебя обвинять в том, чего никогда не было, отец, ведь ты стрелял не в меня, а в безмозглую куклу, неотличимую от человека. Сейчас я оставлю здесь точно такую же с уже выжженными мозгами и мы отправимся домой. О, отец, если бы ты только видел наш новый дом. Тебе и маме в нём обязательно понравится, хотя это всего лишь самая обыкновенная каюта на борту космического корабля. Только "Европа" такая огромная, что даже самая маленькая каюта на ней имеет не меньше пяти комнат, каждая из которых втрое больше этой.
Хесус вытряхнул из биоконтейнера труп дона Хорхе, одетый в его одежду и телепортировал себя и отца в каюту, подготовленную для него и матери, а биоконтейнер на склад. Прежде чем тащить отца в медицинский отсек, он показал ему все комнаты, а их в ней насчитывалось целых двенадцать штук, включая садик-оранжерею с апельсиновыми деревьями и небольшим прудом, после чего отвёл его в кабинет с множеством книг, стоявших на полках книжных шкафов. Только там к дону Хорхе в полной мере вернулся дар речи и он воскликнул:
– Хесус, что это?
– Отец, это твой новый дом. – Спокойно ответил ему сын и пояснил – Я сам выбирал, как обставить твою каюту. Ты всегда мечтал увидеть настоящие книги, вот, полюбуйся, их на полках стоит почти пять тысяч штук, правда, все эти книги мне посоветовала взять со склада Звёздная княгиня Натали. Зато всю эту мебель, посуду, картины, портьеры и всё остальное я выбирал сам. Если тебе понравятся все эти вещи, ты заберёшь их в свой новый кандадо дель-Бьянко, который уже очень скоро начнут строить для тебя в Звёздном княжестве Нью-Европа. Ты не поверишь, отец, но это такой огромный мир, что в нём даже есть моря, хотя он не круглый, а плоский, как стол. Натали сказала мне, что мы все испанцы, хотя и говорим на смеси галалингвы и испанского, а не на чистом испанском языке. Она говорит, что в своей библиотеке ты найдёшь очень много книг об Испании. Как раз именно на этой планете она и родилась миллион лет назад и жила какое-то время, в одной из своих жизней, в Испании. О, отец, это удивительная женщина, ей уже миллион лет, но ты этого никогда про неё не скажешь, она такая же весёлая, как и мама. – Продолжая тараторить, Хесус телепортировал отца в медицинский отсек, уложил его на кушетку и только тогда, когда закрылся колпак, с облегчением воскликнул – Уф, обошлось! – После чего попросил а-доктора Асклепия – Аск, не торопись с моим стариком, не включай пожалуйста темпоральный ускоритель, просвети его хорошенько, пока мы не найдём мою мать. Адмирал Гонзер лично пообещал мне, что её будут искать все хантеры до единого.
– Не волнуйся, Хесус. – Успокоил его Асклепий – Если Ягги так сказал, значит ты уже очень скоро с нею встретишься, а на счёт отца ты полностью прав, парень. Если он, поднявшись с кушетки увидит не твою рожу, а лицо прекрасной донны Бьянки, то окончательно успокоится. Ну, всё, вали отсюда, займись каким-нибудь делом, а оно у вас сейчас одно, переделывать огурцов в нормальных парней и девчонок.
Дон Хесус кивнул головой и телепортировался в свою каюту, которая обставил, в отличие от каюты своих родителей, так, словно в ней жил какой-нибудь пятнадцатилетний парнишка, столько в ней было всяческих новомодных вещиц. Вряд ли этот молодой идальго потащит их в свой кандадо, но сейчас он постоянно расспрашивал Натали о том, как и чем живёт молодёжь в Золотом Антале. Подойдя к зеркалу Хесус телепортом снял с себя свой дворянский наряд, который казался ему теперь жутко убогим, придал своему телу вид моллиса и облачился в перекрашенный космокомбинезон, чтобы не выделяться в толпе огурцов, после чего телепортировался в Каир, где уже вот-вот должно было взойти солнце, прямо в старый город, и размашистым, уверенным шагом пошел к какому-то огурцу, с грустным видом сидевшему на ступенях древнего пятиэтажного здания. Он молча подсел к нему и принялся сканировать его сознания. Уже через пару минут ему сделалось жарко от такого несусветного везения. Огурец, как оказалось, был совсем свежим и прожил в Каире всего каких-то пять лет и уже только поэтому у него имелись очень веские причины для тоски.