– Рамирес, хотя я и ношу эту штуковину, Звёздный князь из меня, как из коровы скакун. У меня есть здоровенное Звёздное княжество, но в нём живёт всего несколько десятков тысяч человек, да, и те скорее всего думают, что Звёздным князем в Нью-Европе является мой папаша, Эд Бартон. Помнишь, я сказал тебе, что у меня есть к тебе очень важное дело? – Граф кивнул и Стинко тотчас принялся рисовать ему перспективы – Рамирес, я предлагаю тебе стать моим премьер министром и перетащить в моё Звёздное княжество всех, кто родился, вырос и помер в этой вашей Мунде. Прикинь, старина, вы даже сможете понастроить парусников и плавать на них по морям. Правда, они у меня все пресные, но зато в них рыбы развелось просто прорва. Как только Длинный Эрс со своими пацанами отстроил в нём всё, я быстро наехал на Гирша, Вальрама, Теффи, ещё на нескольких императоров и они обеспечили меня всей нужной живностью, так что в лесах у меня тоже полно всяких там медведей, лис и зайцев. Есть даже настоящие варкенские скальные прыгуны. Ну, как тебе такая перспектива, Рамирес? Сейчас ты граф де Магнифико, а у меня станешь ещё и герцогом ант-Магнифико. Соглашайся, старина, бабок я на это дело срублю и с Сорквика, и с Верди, да, мне и все остальные Звёздные императоры должны, как земля колхозу, а то мне впору идти к Верди и вертать в зад и этот обруч, и Звёздное княжество. Жалко как-то, уже столько всего сделано.
Дон Рамирес оживлённо закивал головой и воскликнул:
– Ваше сиятельство, когда на борту "Европы" начался какой-то переполох, Исабель перед тем, как отправить мою супругу и мать дона Риккардо домой, попросила меня остаться и предложить вам свои услуги. Разумеется, по её мнению помочь я вам должен в первую очередь как раз в том деле, о котором вы сейчас мне говорили. Не знаю, справлюсь ли я с должностью премьер-министра Звёздного княжества Нью-Европа, но вот всех обитателей Мундо дель-Танастоса переселить в него постараюсь.
Стинко протянул руку графу и сказал:
– Ну, тогда по рукам, Рамирес, и давай заканчивать с этой ерундой, ваше сиятельство и всё такое. Мы с тобой теперь в этом деле партнёры, причём во всех этих делах главный ты, а я лишь буду обеспечивать тебя и наш народ всем необходимым. Мне хочется только одного, чтобы вы все были счастливы. Ну, а над тем, как это сделать, мы с тобой будем думать потом, после того, как всё закончится, но как только мы будем готовы, все наши люди тотчас отправятся в наше с тобой Звёздное княжество и ты вместе с ними. Я уже попросил Интайра подготовить всё к большому переселению и он пообещал мне построить города на всех континентах, а уж если он за что-нибудь берётся, то делает всё самым основательным образом.
Они поговорили ещё около часа и дон Рамирес попросил Стинко отправить его в кандадо дель-Магнифико. Им обоим всё же нужно было немного поспать. Как раз в это же самое время темпоральник в Райской Долине выключился и из него на Терру хлынули толпы народа. Подавляющее большинство людей изображали из себя моллисов и лишь один только Хесус выглядел точно так же, как и в тот самый день, когда он отправился в Пуэбло дель-Торро, прихватив с собой большой биоконтейнер. Молодой идальго телепортировался в кандадо дель-Бьянко, прямо в свою комнату, где сидел на стуле его отец. По лицу Хорхе текли слёзы. Рико и Исабель бежали, причём сделано это было так, что кузнеца уже нельзя было ни в чём обвинить и даже более того, они погибли в песках вместе с Анхелем. Весь план, выстроенный Хорхе ценой таких жертв, развалился. Барон сидел в комнате сына с бластером в руках и сдерживался из последних сил, чтобы не разрыдаться во весь голос. Три года назад он потерял жену, а вчера убил сына своей собственной рукой. Хесус подошел к нему, положил руку на плечо и тихо сказал:
– Отец, я жив.
Дон Хорхе резко обернулся и увидел своего сына живым и невредимым. К тому же от него снова пахло вином, но на этот раз его это ничуть не затронуло и барон упал на колени перед сыном и протянул к нему руки. От волнения он не мог вымолвить ни слова. В комнате, освещённой несколькими амулетами света, было достаточно светло, чтобы он узнал своего сына. Наконец, дон Хорхе смог с громким стоном вымолвить:
– Хесус, сынок, но как? Ведь я же убил тебя…
– Отец, забудь об этом! – Воскликнул Хесус и тут же громко зашептал – Вставай, отец, нам нужно идти. Сейчас я отведу тебя в нашу каюту и пока доктор Асклепий будет заниматься тобой, пойду и найду маму. Хотя она и стала другой, теперь мне уже ничто не помешает сделать её прежней. Я очень скучаю по ней, отец. Поэтому я и стал пьянствовать. А теперь отдай мне свой бластер, я должен сделать так, чтобы в ближайшее время никто не смог ничего заподозрить. Дон Рамирес спишет всё на какого-нибудь злобного воина Танатоса или придумает ещё что-нибудь. В общем никто не станет тебя обвинять в том, чего никогда не было, отец, ведь ты стрелял не в меня, а в безмозглую куклу, неотличимую от человека. Сейчас я оставлю здесь точно такую же с уже выжженными мозгами и мы отправимся домой. О, отец, если бы ты только видел наш новый дом. Тебе и маме в нём обязательно понравится, хотя это всего лишь самая обыкновенная каюта на борту космического корабля. Только "Европа" такая огромная, что даже самая маленькая каюта на ней имеет не меньше пяти комнат, каждая из которых втрое больше этой.