— Что ж, если ты, оцязор Пурес, не желаешь быть гостем Муромским, тогда я отправлю брату своему весть и попрошу дозволения быть устами его. Готов ли ты ждать?
— Я дождусь твоего слова, хан Давид.
На том и остановились пока. Дальше беседа шла лишь о стали и женщинах.
Еще не успел всадник зари проскакать над степью, а Муромский сотник хмуро смотрел на боярина Жирослава.
Справедливо было сказать, что молодой дружинник был лучшим наездником в сотне и уже только поэтому прекрасно подходил на роль гонца. Но с другой стороны, парню исполнилось семнадцать этой весной, едва борода начала расти, и отпускать его одного было опасно. Впрочем, как и любого другого.
Сын боярина Ретши смотрел на угрюмого Давида и размышлял, что тому надо ни свет ни заря. А главное, чем это для него, Жирослава, кончится.
— За сколько дней ты до Мурома доскачешь? — наконец спросил сотник.
Жирослав склонил голову набок. Интересные вопросы пошли.
— Дня три, четыре, если лошадь гнать.
— За седмицу обернуться нужно. Князю Владимиру послание лично в руки передать и с ответом вернуться.
Боярин хмыкнул. За неделю он управится, если дождя не будет. Даже быстрее. Место, коим обычно сидят на лошади, засвербело, предвкушая дни дикой скачки.
— Я доставлю грамоту, но в награду хочу не серебро и не оружие.
— Что же ты хочешь? — удивился Давид.
— А хочу я, чтоб ты моим сватом был.
Сотник замер пораженный. Такой просьбы он совсем не ожидал.
— Что, невесту присмотрел? — осторожно поинтересовался он.
— Присмотрел, — согласился Жирослав, — да уж больно матушка у неё строга, боюсь, откажет. А за меня, сиротину, и слова больше некому замолвить. Дядька Радослав пал, а отцу лишь бы сестрицу пристроить.
— Ладно, договорились! Управишься за седмицу, буду я твоим сватом… — хмыкнул Давид.
Futurum IX
«Ежеквартальный анализ крови и ежегодные психологические тесты входят в обязательный перечень диспансеризации населения всех категорий граждан. Эта информация позволяет компьютерной программе не только выявлять различные болезни на самых ранних стадиях, но и принимать верные решения при поступлении заявления на смену категории. Так же всем известно, что таким образом выявляются так называемые нулевые граждане, обучение и содержание которых государство берет на себя. Это представители всевозможных силовых структур: военные, колонисты, спасатели, работники правоохранительных органов. Их вклад в развитие современного государства сложно недооценить. Защита колоний на Луне и Марсе, надзорная и правоохранительная деятельность внутри государства, обеспечение суверенитета страны — это лишь малый перечень того, что делают «люди без категории».
Из информационной электронной брошюры для учащихся 8х классов.
— Собирайся, мы нашли тебе подходящую семью!
Новость от соцработника выбила, как неоновая реклама посреди перекрёстка. Эвелин резко остановился и вонзился льдистым взглядом в женщину.
— Почему? — спросил он на грани слышимости.
— Потому что я уже трижды переносила выполнение судебного решения, потому что сейчас я действительно нашла хорошую семью. Не ячейку, а именно семью. Ты поймешь разницу. Потому что пора переступить боль, извлечь из неё урок и двигаться дальше. А не таскать за собой учителя по дорогам жизни до самой старости.
— Но я не хочу никакую семью, мне и тут хорошо.
— Очень может быть, но ты хотел быть мужчиной, хотeл быть сильным. Это начало твоего пути. Поверь мне, в этом вывернутом наизнанку мире сильных людей преступно мало. Тех, кто способен, несмотря ни на что, выжить и состояться. Оглянись вокруг: везде слабые приспособленцы. Они врастают розовой плотью в решётку бытия, мимикрируют, ломаются, а потом начинают ломать других из страха, боли и просто потому, что не умеют по-другому. Так и живём в изувеченном мире со сломанным естеством. Ты сильный. У тебя есть шанс что-то поменять. Минимум — для себя, максимум — для окружающих. Но для этого нужно выползти из болота отчаяния, дать грязи высохнуть и отвалиться.