Фрося уставилась на супругу непонимающим взглядом. Больше? О чем она? Всегда, с древних времен, семейная ячейка строилась по принципу целесообразности. Обширные семьи у крестьян — для возможности получать и обрабатывать землю. Династические браки — для укрепления политических позиций. Мезальянсы — для получения финансовой выгоды. И так далее. Глупые сказки о любви, возникшие в эпоху романтизма, позволяли молоденьким невестам видеть в подсунутых мужьях сказочных принцев. Свобода половых отношений в XX–XXI веке привела к краху понятия «семья» и послужила причиной последовавших один за другим социальных кризисов. Кое-как в XXII веке правительству удалось восстановить работу семейных ячеек, обосновав перед гражданами преимущества брачных договоров. И то, те же представители пятой и шестой категории редко когда заключают союзы, предпочитая нарушать законы о контрацепции и популяции, чем делать все правильно.
— Какое больше? — недоуменно спросила она.
Марго вытянула свои длинные прямые ноги и широко улыбнулась.
— Милая моя супруга, объясни мне тогда пожалуйста, по какой причине ты не хочешь больше пролонгировать наш брачный договор?
Ефросинья густо покраснела и опустила глаза. Объяснить своё желание она не могла. Сама до конца не понимая, почему хочет связать жизнь с человеком о социальном и экономическом статусе, которого ни чего, по сути, не знает.
— Пойми. Меня целиком и полностью устраивает наш союз. — Пролепетала она, — Но ты правильно сказала. Цели достигнуты. Держать друг друга — больше нет смысла. Но я не хочу сбегать, как мама, никому ничего не объяснив.
Марго вздохнула. Объяснять как раз ни чего и не надо. Всё и так понятно. Любовь к мужчине. Правда, согласно Фросиному странному мировоззрению вопрос любви при формировании семьи не главное. Вот и мечется. Не понятно, откуда такое видение жизни то ли из-за родительского примера перед глазами, то ли из-за того, что до Ивана ей ни разу нормальный мужик не попался.
Десять лет назад Ефросинья уже защитила магистерскую и преподавала в колледже. Это было престижно и доходно, и вроде даже перспективно. Умные, интересные дети, двадцать часов преподавания в неделю и возможность заниматься наукой. Жизнь, казалась взлетной полосой, стремящейся ввысь. Однако женщина уже тогда понимала, что для гуманитария это потолок. На кафедру было не пробиться. Её статьям, необходимым для докторской, отказывали в печати со ссылкой «отсутствие актуальности». Заявки на грант отклонялись. Время на профильном интернет-канале не превышало получаса в год. Стена казалась непробиваемой. От отчаяния опускались руки.
У Тихомира Айдаровича была коллега немногим старше дочери. Хирург с феноменальным даром и просто сверхъестественным чутьем. Она управляла роботом с ювелирной точностью. Первый раз, увидев отчет, в котором погрешность операции равнялась 0,0076 %, он не поверил. Позже присмотревшись к сотруднице, стал давать ей возможность развиваться и совершенствоваться, включая её в любые доступные программы обучения. Не прошло и года, как девушка стала лучшим хирургом центра, а вскоре и города. Однако научная деятельность сотрудника не двигалась. Проблема была проста до глупого. Марго имела моноспециализацию. А по последнему закону «Об образовании» основным требованием к докторскому исследованию было нахождение на стыке дисциплин. Квоту же на второе высшее получить без прямого правительственного одобрения было невозможно.
Тогда и пришла в голову родителю, управленцу и ученому, идея: как протолкнуть двух гениальных девчонок.
Познакомив Ефросинью и Марго, он предложил девушкам заключить брак. Однополярными браками никого нельзя было удивить уже лет двести, но распространены они были в первую очередь среди граждан от третьей категории и ниже. Первая и вторая категории по статистике оставались ретроградными, что несколько портило картину общества, нарисованную Золотой Сотней. Поэтому правительство всячески поддерживало и проталкивало однополярные семейные ячейки среди двух первых категорий граждан. Для поддержания имиджа страны, победившей толерантности.
Девушки пообщались, пожили какое-то время вместе, обдумывая возможные перспективы. И в итоге решились заключить брачный договор сроком на пять лет.
Трое родителей Марго были счастливы, а Тихомир Айдарович в день «свадьбы» дочери заперся в своем домашнем кабинете и второй раз в жизни напился до беспамятства. Первый раз он это сделал, когда у них с женой Варварой родилась дочка Фрося.