Прямо, как в тот день…
Спустя минут 5 мне удается отдышаться и смириться с неизбежным, потому полная решимости я снова срываюсь с места, но Кейден останавливает меня и с широкой улыбкой подхватывает на руки:
“Брось, Мэг. Когда-то ты помогала мне преодолеть себя. Это самое малое, что я могу сделать для тебя”.
Кейден
10 лет назад.
Я попросил Мэг держаться подальше, и она послушала. Потому уже час лежу в комнате совсем один и все больше понимаю, как мне не хватает ее.
А вскоре эти ощущения сравниваются с теми, что мучили меня во время ее присутствия. Теперь для меня нет разницы! Я одинаково тяжко переживаю и то и другое.
Перед уходом она вколола мне в плечо дозу противоядия. Процедура далась мне с трудом, но она принесла свои плоды. Сейчас я хотя бы могу шевелить руками, а значит, Мэг оказалась права. Меня действительно ужалил какой-то гад. Как только я смог поднять руки, сразу же нашел рану на предплечье.
Но что мне делать дальше? Продолжить изгонять ее из своих мыслей или пойти на абсолютное безумие? Что, если я смогу пересилить себя? Вдруг мой организм привыкнет, и я, наконец, стану нормальным?
Она же так добра и внимательна ко мне!
Пусть даже так…А что потом? Мегалин исчезнет через месяц, а я продолжу жить воспоминаниями! Не проще ли оставить все как есть, и позволить ей забрать мои проблемы?
Уверен, я больше ни к кому не привяжусь так, как к ней! И в другой раз буду осторожнее!
Rob Lane – Merlin Lost
Какое-то время мне кажется, что я смог договориться с разумом и сердцем. И даже успеваю поверить в это, но знакомые шаги за дверью безжалостно стирают в пыль то, в чем я так долго убеждал себя.
Сначала шаги, затем образ Мэг на пороге, а затем ее голос проделывают одну дыру за другой в моей защите. И я быстро остаюсь один на один со своими обостренными чувствами.
Наверное, на улице похолодало, раз поверх обычной одежды для этого эксилиума на ней надет толстый пуховик.
Я успеваю рассмотреть Мэг до того, как она снимает ботинки и поднимает взгляд. А после нарочно уставляюсь в самый дальний угол комнаты, стараясь не двигать руками.
– Тебе уже лучше? – спрашивает она, приближаясь ко мне с глиняной миской в руках.
– Немного, – монотонно отвечаю я.
– Ладно. Значит, продолжим лечение, но сейчас тебе нужно поесть.
Это мой шанс. Окончательно понять, что наша близость ни к чему не приведет! Пусть она сделает мне очень больно! Настолько, что я и думать перестану о ней, и все мои мечты разрушатся под напором новых страданий.
Правда, похоже, я не слишком убедителен, потому что Мэг ставит миску с супом на тумбу рядом со мной и ожидает, что я сам возьму ее.
– И как я дотянусь? – надменно спрашиваю я, продолжая игнорировать ее.
– Ты просил меня быть на расстоянии, – спокойно отвечает Мэг, но я по привычке воспринимаю это, как издевку.
Я всегда так делал в качестве защиты, но сейчас хочу довести задумку до конца, чтоб потом ни о чем не жалеть, поэтому цежу:
– А теперь прошу помочь мне.
Давай, уничтожь меня…Прямо сейчас!
– Тогда тебе придется довериться мне. Хорошо? – будто в ответ моим мыслям нежно спрашивает Мэг, берет миску и садится ближе. – Я не буду касаться тебя. Только помогу поесть.
– Договорились.
А жаль. Лучше бы ты схватила меня и освободила от бесконечных сомнений!
Когда она склоняется ко мне, я начинаю содрогаться от запаха цветов, который доносится от ее волос. А понимающий взгляд серо-голубых глаз превращает мурашки в предвестие паники.
Я никогда не видел ее лица так близко, и изо всех сил сдерживаю порыв вцепиться в край кровати и сжать матрас, как шею врага. И все же позволяю поднести ложку к губам и осторожно делаю глоток.
Это оказывается не так сложно – подпустить Мэг к себе, но ее новая фраза ломает всякие границы между нами.
– Я коснусь, когда тебе станет лучше, – внезапно произносит она и зачерпывает новую порцию супа.