Трупы.
Мужчина облокачивается на подоконник и, кряхтя, пролазит внутрь.
«О, боже… Что за смрад!»
Прикрывая нос одной рукой, он суёт другую в карман плаща, вынимая фонарик. Жмёт на кнопку. Тусклый свет озаряет комнату. Капитана едва не тошнит на пол от увиденного. На грязном полу, облокотившись раздробленным черепом о стену, лежит скелет. Из одежды на нём лишь рваная выцветшая майка. На стене легко различимы брызги запёкшейся крови. Рядом с трупом валяется охотничье ружьё.
«Что за кошмар здесь случился?!»
Сцена 8
— И хватит срываться на отца. Он не думал, что всё так обернётся.
— Значит, он – идиот.
— Тут не поспоришь. Но, то, что человек идиот, не значит же, что он плохой.
— Все проблемы из-за идиотов.
— Да… Помню, как-то раз мама отправила тебя в магазин, и, когда ты продукты в пакет складывал положил бутылку минералки на кулёк с яйцами. Все проблемы из-за идиотов…
— Это не одно и тоже.
— Ты нас в тот день чуть без ужина не оставил, так что… И, кстати, не хочется говорить, но…
— Я знаю…
— Знаешь?
— Если бы я тогда не ушёл…
— Перестань.
— Я не знал, что там остались патроны, — Миша плачет.
— Хватит я говорю!
— Прости.
— Нытик.
Сцена 9
Галица отводит фонарик от останков. В воздухе витает плотное облако пыли. Доски под ногами измазаны багряными пятнами. У противоположной от двери стены видно узкий коридор. Капитан медленно идёт в его сторону. Оказавшись в коридоре, он видит проход, по левой стороне которого расположилась дверь, покрытая белой облупившейся краской, испачканная кровью. Как и всё в этом доме… Напротив неё ещё одна точно такая же дверь, а чуть поодаль – третья.
«Я не верю, что здесь кто-то может жить… Не верю…»
Полицейский походит к первой двери. Взявшись за ручку, осторожно открывает. В нос ударяет сильная вонь протухшего мяса. Гул, издаваемый десятками мух, неприятно режет уши. Сквозь жужжание, слышно, едва различимое, тяжёлое свистящее дыхание. Галица светит в глубь комнаты и, от ужаса, тут же роняет фонарик.
«Какого… Что это за чертовщина?!»
Сцена 10
— Слышала? — шёпотом спрашивает Миша сестру, подрываясь с кровати.
— Слышала.
— Кто там?
— Меня спрашиваешь? Если ты не знаешь, то мне откуда?
Парень берёт топор, стоявший у изголовья кровати и выходит из комнаты…
ГЛАВА IV. НУЖНО БЫТЬ ДОБРЕЕ…
Сцена 1
Полгода назад…
Вечер.
Миша медленно проходит по коридору. Заходит в зал – он же кухня. Лиза сидит с книжкой в руках и босыми ногами, закинутыми на стол. Олег Сергеевич, что-то готовит на газовой плите.
— Долго ещё? — спрашивает сын отца, садясь за стол.
— Ещё пару минут, — отвечает мужчина.
— Что, проголодался, мелкий? — не глядя на брата, язвит сестра.
— Не называй меня так, — злится Миша.
— Как? Мелкий?
— Да.
— Почему? Ты же мелкий.
— Я не мелкий.
— Мелкий-мелкий… Малютка.
— Я не… Да иди ты…
— Что обиделся, мелкий?
— Нет.
— Обиделся…
— Нет!
Конечно, Миша, обиделся. В свои семнадцать лет, выше метра шестидесяти, парень так и не вытянулся, из-за чего обзавёлся комплексом на этой почве. Младшая сестра это чувствовала и, как опытный снайпер, стреляла в больную точку при каждом удобном случае. Снова и снова…
— Да ладно тебе. Не дуйся. Нет ничего плохого, в том, чтобы быть карликом. Одежду можно в детских магазинах покупать, она там дешевле. Колени со спиной болеть не будут. С девушками, правда, проблемы могут возникнуть, им, как правило, высокие нравятся. Но опять же, всё в твоих руках. Разбогатеешь, купишь крутую тачку, ну, или велосипед трёхколесный…
— Лиза, хватит, — пытается командовать Олег Сергеевич.
— Да всё-всё, молчу…
Миша сидит красный, как помидор.
— Слушай, — не унимается сестра, — Так ты расскажешь? Где ты его спрятал?
— Кого? — не понимает брат.
— Ну, горшочек с золотом, — Лиза не выдерживает и заливается смехом.
От экзекуции Мишу спасает внезапный стук в дверь. Девушка замолкает. Отец и сын переглядываются.
— Кто там? — спрашивает Олег Сергеевич, осторожно подходя к двери.
— Здравствуйте! — раздаётся громкий басистый голос из-за двери, пытавшийся перекричать гул ветра. — Мы… путники. Нам нужна помощь.
— Что случилось?
— Не могли бы вы открыть дверь?
— Извините, но мы вас не знаем.
— Ох, да будет вам. Мы просто путники. Мы не сделаем ничего плохого.