Жена великана молча наблюдает за происходящим, продолжая сидеть за столом будто ничего не произошло.
Сцена 2
Очнувшись Миша видит перед глазами лишь непроглядную тьму. Голова раскалывается. Парень чувствует, как его шею, что-то сдавливает. Щупает. Похоже на цепь.
Он пытается встать, но цепи хватает только на то, чтобы подняться на колени.
— Слышу-слышу, — раздаётся басистый голос, — кажется, пёсик проснулся…
Дверь открывается. В проходе стоит Макар с дикой улыбкой на лице. В его руках две миски. Миша помнит, что из них ел и пил пёс «Джоджо», до тех пор, пока несколько лет назад не погиб в результате собачьей войны. Кроме того, парень наконец-то понимает, где находится. Это комната его родителей.
— Доброе утро, соня. Напугал ты нас, конечно. Думали, Гриша перестарался. Хорошо, что всё обошлось.
— Что происходит? — Миша снова, машинально, попытался встать. Естественно, не выодит.
За то, он, наконец-то, обращает внимание на цепь. Один её конец обвит вокруг шеи и закреплен навесным замком, другой – с таким же замком, намотан на батарею.
— Потом-потом, — говорит Макар, — всё потом. Сначала поешь.
Он ставит на пол миски. В одной из них – мутная вода. В другой – в мерзкой на вид жиже, плавают куски мяса, от которых неприятно пахнет.
— Что с сестрой и отцом?
Мужчина ухмыляется.
— Ешь. Я скоро вернусь, — говорит он, выходя из комнаты.
Сцена 3
Миша долго не решался прикоснуться к еде. Но в какой-то момент голод взял своё. Мясо показалось парню похожим на курицу и слегка пересоленным. Он не понимал сколько времени прошло. Может день. Может два. Или три. Окно, которое было позади него, оказалось плотно забито и свет через него не поступал. В комнате была кровать, однако находилась она на противоположной стороне от батареи, поэтому метровая цепь не позволяла до неё добраться, из-за чего юноше приходилось спать на полу. Но самым ужасным для Миши было то, что ему не предоставили ведро. В итоге, нужду, пока, к счастью, только малую, ему приходилось справлять прямо под себя, от чего доски были мокрыми, а в помещении сильно воняло мочой.
Время от времени парень слышал шаги в коридоре и скрип двери напротив, петли которой отец так и не смазал. Так же до его ушей доносились приглушённые голоса, однако, слов Миша разобрать не мог.
Что юноша чувствовал? Он и сам не понимал. Кажется, Миша всё ещё не мог осознать, что это не страшный сон и надеялся, что вот-вот проснётся. Но этого не происходило.
Пришёл момент, когда дверь в комнату открывается снова. Перед парнем, который отвык от света и из-за этого сильно щурится, снова стоит Макар. Он говорит:
— Ммм, поел? Молодец!
Бородач подходит ближе, нагибается и берёт с пола миски.
— Фу, ну и запашок тут…
— Где мои родные? — произносит Миша, жалобно глядя на великана и вцепившись тому в штанину.
— А ну, лапы убрал, вонючка! — кричит Макар, ударив парня коленом в голову. — Совсем что ли? Плохой! Плохой мальчик!
Парень отлетает, от чего цепь натягивается и чуть не ломает юноше шею.
— Что с моей семьей?
— Ха, ну нет… Так дело не пойдёт… Сначала извинись за своё неподобающее поведение, а потом поговорим.
— Извините, — сквозь зубы говорит Миша.
— Давай-ка поискренней.
Парень выдыхает. Затем, округлив глаза, поднимает их на Макара.
— Простите меня, пожалуйста.
Мужчина пристально смотрит на юношу, затем говорит:
— Ладно, забыли. С сестрой твоей всё в порядке. Она в комнате напротив. Наставляем её с сынишкой… на путь истинный, так сказать. Слушай, а сколько ей лет? Я так удивился, когда оказалось, что она девственница. Ну… была. Ха-ха-ха!
«Он серьезно сейчас это говорит?»
— Что… что с отцом? — голос парня начинает заметно дрожать.
— Что с отцом?.. — Макар думает, будто подбирая нужные слова. — Хм… Понимаешь, ли какая оказия приключилась… Ммм… Ну, слушай, я уже говорил твоей сестре, что я стал жертвой обстоятельств! Он меня вынудил. Ну, вот зачем?.. Зачем человеку голова, если в ней опилки? Согласен? Как он тебе, кстати?
— В смысле?
— Ну, на вкус? Было ощущение чего-то родного?
Миша смотрит на миску в руке Макара. К горлу подкатывает ком.
— Ладно, отдыхай. Завтра ещё принесу. Ха-ха-ха!
Великан уходит.
«Нет… нет… нет… Он врёт… Это… Это неправда… Это неправда… Это неправда… Это неправда… Это неправда…»
— Это неправда! — кричит он во тьму, заливаясь слезами.
Сцена 4
Как и сказал, Макар вскоре принёс Мише добавку. Но больше парень к еде не притрагивался. Лишь, пил воду понемногу. Время от времени в комнату заглядывал Гриша, видимо проверяя поел ли узник, и каждый раз, видя, что миска полная, издавал печальный вздох.