В данный момент Версаль сидела на кухне своей шикарной квартиры и пила крепкий зелёный чай, устроившись за барной стойкой и читая новости. На работу ей надо было к обеду, судебное заседание обещало быть лёгким, а вот обстановка на планете грозила превратиться в один сплошной катаклизм.
Рыська лежал на вершине тёмно-вишнёвого дизайнерского гарнитура, вытянувшись во всю длину. Размерами он напоминал овчарку и, по заверениям врачей, это был ещё не предел. Огромный рыжий котяра довольно щурил свои жёлтые глазищи и на приказ хозяйки слезать отреагировал безучастно: повёл ушами, зевнул и продолжил сладко спать.
- У-у-у, наглая морда, - вздохнув, проворчала Анжелика и потянулась к трезвонящему телефону. Мелодия из «Чипа и Дейла» стояла на обоих Чертановых, но метод исключения подсказывал, что Версаль понадобилась всё-таки Чертанову-младшему. Со старшим она говорила буквально вчера вечером, и в ближайший месяц он объявляться не планировал.
- Скромный труженик Фемиды слушает, - лениво поздоровалась Анжелика и погрозила коту кулаком, чтобы не смел даже смотреть в сторону новых винных бокалов. Их привезли пару дней назад, а стоили они примерно как сбитый Боинг без учёта инфляции и НДС.
- Если ты у нас скромная, то про себя я молчу, - ответил Дмитрий Чертанов и добавил коротко и ясно: - Я по делу.
Анжелика посмотрела на плавающий в чашке лимон, ткнула в него ложечкой и подумала, что не по делу ей звонила разве что Анька Полонская да и то с извечными вопросами «кто виноват» и «что с этой скотиной делать», причём за скотину у неё отвечали всегда разные люди, начиная от мужа и заканчивая кем-то из их большой дружеской компании.
- Номера пробивать не буду, знакомить с операми тем более, прокурора запугивать не дам, судей подкупать не позволю. Если ты опять загремел в обезьянник, посиди и подумай над своим поведением. Надоел.
Закончив перечислять самые популярные запросы к своей многогранной персоне, Анжелика всё-таки выбросила неугодный ей лимон в мусорное ведро и выключила планшет. Интуиция подсказывала, что на этот раз Дима позвонил не просто пожаловаться на ментов, а значит, мировые новости подождут.
- Что ты знаешь о ректоре моего института? – прозвучал оригинальный вопрос от Димы, разрушающий привычную канву их бесед с судьёй.
- Алексей Витальевич Филинов, родился 3 марта 1950 года, не женат, детей нет, не судим, не привлекался, сомнительных знакомств не имеет, - отрапортовала всезнающая Анжелика, которая старалась держать руку на пульсе, и перебралась из кухни в гостиную, где на журнальном столике сиротливо стоял готовый к работе ноутбук «яблочной» марки.
- Страшный ты человек, Версаль. Есть хоть кто-то в этом городе, о ком ты ничего не знаешь? – рассмеявшись, спросил Дима и тут же уточнил: - Можешь не говорить, это я просто так спросил. Мне интересно другое: откуда Филин мог узнать о моих личных делах? Я тут перетёр с приятелями, и все они божатся, что ничего ему не говорили.
Анжелика хоть и называла себя скромным тружеником Фемиды, на самом деле была натуральным Серым Кардиналом Краевого суда города N. Она щедро предлагала свою помощь самым разным людям, а уж ради старого друга проворачивала совсем незаконные многоходовки. О сомнительных заработках Димы она знала прекрасно. У них даже был договор – устный, само собой – что Чёрт не лезет в её дела, не привлекает излишнее внимание, а Версаль взамен гарантирует ему неприкосновенность и закрывает глаза на мелкие «шалости». 2 года оба исправно соблюдали эти условия, но и на старуху бывает проруха...
- Итак, гордый представитель птичек Обломинго, куда ты успел вляпаться на этот раз? И каким боком тут затесался твой ректор? – хищно улыбнулась Анжелика и с удобством разместилась на диване, закинув ноги на столик. Розовые тапки-зайцы и шёлковый халат мало вязались с образом строгой судьи, но Версаль была дома и могла выглядеть как угодно.
- Да вызвали меня тут на «ковёр» и тонко намекнули, что мои особые дела скоро заведут меня в тюрьму. Я панику не развожу, но мало ли. Осторожность превыше всего.