Валерия вздрогнула и прикусила губу, не обращая внимания на боль, когда острый край зуба оставил ранку на нежной коже. Воспитание и уважение к старшим сыграли свою роль, вынудив девушку без грязной ругани проглотить не завуалированную угрозу в свой адрес.
- Иван Степанович, какое отношение я имею к господину Чертанову? Что за голословные обвинения в мой адрес? Я понимаю, Вы расстроены из-за машины, но давайте выдохнем и подумаем головой, - не смогла промолчать Валерия. Попутно она проверила, застёгнуты ли все пуговицы на её блузке, после чего продолжила: - Мои якобы романтические отношения с господином Чертановым – это просто домыслы прогульщиков, которые не хотят сдавать мне экзамен. Меня ничего не связывает ни с одним из моих студентов за исключением учебных дел, поэтому я предлагаю не уподобляться деревенским бабкам на завалинке. Вы сказали, что господина Чертанова вызывали вчера к ректору? Что ж, я уверена, что он донёс до нашего общего руководителя аналогичную мысль. Если Дмитрий сдаст мой экзамен, то исключительно своими мозгами, а не потому, о чём так явно думает Анна Аркадьевна.
С этими словами Валерия гордо вздёрнула подбородок, вернулась к своему столу за сумкой и вышла прочь из кабинета. Восхищённый присвист Паши она услышала уже в последний момент, и почему-то именно он заставил её улыбнуться несмотря на то ведро помоев, которое вылил на её голову мстительный Иван Степанович, а заодно и Бешеная Пчёлка. Вот же старые перечницы! Получается, заведующий решил выжить неугодную ему коллегу, разрушив ей карьеру? Да хрен ему, как сказал бы Дима.
Кстати, о Диме...
Уже на ходу Валерия вытащила телефон, проверила входящие сообщения и недовольно цокнула языком. Чертанов второй день не выходил на связь. Появившаяся ещё вчера днём мысль зайти к нему в гости приобрела характер плана на сегодняшний вечер, так что Валерия улыбнулась ещё шире и, распугивая своим загадочным видом случайных студентов, отправилась мучить группу Алисы Зябликовой. Раз уж третьекурсники возомнили себя великими знатоками преподавательских жизней, пусть попробуют решить задачи из прошлогоднего курса сопротивления материалов! Вот тогда Валерия и посмотрит, кто на что способен, а заодно отведёт душу. Злопамятной она не была, но, как говорится, она не злопамятная: она просто злая и память у неё хорошая.
Глава 16. Анжелика.
- Руководствуясь статьями 307, 308, 309 УПК РФ, суд приговорил признать Гранжиева Алишера Умаровича виновным в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «а» и «в» статьи 3, статьи 160 УК РФ, части 3 статьи 174-1 УК РФ и назначить ему наказание по пункту «а» и «а» статьи 3, статьи 160 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 8 лет, части 3 статьи 174-1 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Версаль монотонно зачитала приговор, устало выдохнула и села в своё удобное кожаное кресло. С учётом того, что заседание по громкому делу о мошенничестве было открытым, на нём присутствовало много обывателей, а также журналистов, которых настоятельно просили молча снимать происходящее на видео, не фотографировать и вести себя тихо. Слава богу, теперь все они вели себя паиньками: самых борзых вывели из зала в самом начале заседания.
Государственный обвинитель выглядел довольным, хотя намётанным взглядом судье было видно, что главного моралиста города не совсем устроил приговор. Анжелика знала, что он хотел посадить Гранжиева на более жёстких условиях, но местный авторитет нанял действительно толкового адвоката. На самом деле, если бы в последний момент не всплыли кое-какие записи с видеокамер, всё дело могло бы пойти прахом. Это понимали все, включая представителя защиты, чей взгляд, брошенный на Версаль, был преисполнен презрения и злости. Впрочем, её это волновало мало, точнее, не волновало совсем. Она своё дело сделала и за целый год тесного сотрудничества с полицией накопала достаточно, чтобы надолго избавить город N от вора-рецидивиста Гранжиева. Его финансовые махинации ударили по бюджету с такой силой, что в любой момент могли полететь головы всех – и причастных, и непричастных.
Среди коллег Версаль согласились судить такого опасного человека только пятеро, включая её саму, и то двое отсеялись «по семейным обстоятельствам», а оставшиеся двое с завидной регулярностью попадали в неприятности и чуть не лишились работы. Не так давно их умудрились арестовать на трассе за воображаемую езду в нетрезвом виде и превышение скорости. Анжелику тоже пытались вывести из игры, но пары звонков нужным людям оказалось достаточно, чтобы обрубить любые поползновения в её сторону. Теперь, после оглашения приговора, она могла расслабиться, однако ей хватало ума не радоваться раньше времени. Адвокат Гранжиева, амбициозный Кирилл Янович Савицкий, был не самым приятным субъектом и проигрывать ужасно не любил. Ему было всего 32 года, и для своего возраста он создал себе мрачную репутацию юриста, который ради достижения цели не гнушается никакими методами и приёмами. Раньше Версаль старалась его избегать или перекидывала ответственность за результаты суда на кого-то другого из коллегии, но в этот раз её в ультимативной форме заставили оглашать приговор. Никто из других судей не рискнул в открытую бросить вызов теневому правителю города. Эта сомнительная «честь» досталась Анжелике, и теперь ей предстояло бодаться с тем, кто привык добиваться своего. В общем, одна упрямица нашла другого такого же упёртого барана.