- Как аукнутся, так и откликнутся. Вам не кажется, что Вы тут третий лишний? – вмешался в разговор Дима и молча отобрал у Версаль её виски, прикончив его вместо Анжелики. – Если за столом сидят двое, они явно заняты друг другом. Идите, куда шли. Кирилл Янович.
- Я бы на твоём месте вёл себя тише. Ты же знаешь, на чьей стороне сила. Не боишься за себя, побойся на своих родных и близких. Это не угроза. Просто дружеское предупреждение.
Дима сжал кулаки и явно настроился проредить кое-кому зубы, поэтому Версаль поняла, что пора бы ей вмешаться в этот обмен «любезностями». В Диме как в верном защитнике она не сомневалась, но ему хватало проблем. Вешать на него свой конфликт с Савицким Анжелика не хотела, поэтому стащила со своей тарелки веточку рукколы и бросилась в словесный бой:
- С каких пор у нас появилось хоть что-то дружеское? К тому же, Кирилл Янович, переходить на «ты» никто из нас не разрешал. Решили снова угрожать, но теперь нам обоим? Ах, «не лезьте в мои дела», «отпустите моего подзащитного», «отмените вердикт суда». Никак не могу решить, что по Вам плачет больше: тюрьма, театр или психушка, - передразнивала Версаль, чувствуя себя лихой богиней правосудия, которой и море по колено, и горы по плечо. Чем сильнее хмурился Савицкий, тем легче становилось Анжелике. – Короче, говорю для тех, до кого с трудом доходит с первого раза. Я. Вас. Не боюсь. Совсем. Мне хватит пары звонков, чтобы Вас выперли с работы, лишили практики, клиентов и денег, а если Вы совсем меня достанете, то я могу в два счёта выселить Вас из Вашей чудесной квартиры в доме номер 26 по переулку Ленинградский. Переходить дорогу Анжелике Дворцовой надо уметь, но Вы не умеете, так что прижмите хвост и смиритесь с поражением. Ваш клиент сел. Надолго. В тюрьму. Берите другое дело и работайте и докажите мне, что Вы, в первую очередь, первоклассный адвокат, а не второсортный бандит из сериалов на НТВ.
Версаль выдохлась и лишь из вредности не сползла с дивана, складывая руки на груди. После такого количества выпитого коньяка она хотела спать, а не устраивать разборки.
- От себя добавлю, что лучше не трогать моих друзей. Полезете к Версаль – огребёте по полной. Это я Вам гарантирую, Кирилл Янович. Помнится, Вы интересовались недвижимостью на Ленина. Могу помочь, если отступите, или могу увести её у Вас из-под носа и продать тому, кто больше предложит.
Негромкий голос Димы прозвучал устало, но вполне убедительно. По крайней мере, Версаль чётко для себя поняла, что в случае чего её в беде не бросят, а Савицкому качественно и быстро испортят жизнь. Это окрыляло. Если бы Анжелика послушалась родителей, то гнила бы сейчас в каком-нибудь издательстве за переводами или таскалась собачкой за делегациями, бормоча на русско-французском. Зато тут такое движение! Такая жизнь! Такие мужчины, что уж тут скрывать. Дима ведь тоже как-то незаметно вырос и превратился в привлекательного молодого человека, которого некая доля незаконных дел превратила в достойного соперника для кого-то вроде Савицкого.
- Дмитрий Чертанов, двадцати лет от роду, потерял родителей в автокатастрофе, воспитывался сначала бабушкой и дедушкой, а потом, после их смерти, дядей. В данный момент учится на третьем курсе Инженерно-строительного института, ректором которого является Филинов Алексей Витальевич, старинный друг семьи Чертановых. Дружите с сыном полковника МВД, сыном владельца газеты «N-ский Рабочий» и, как выясняется, с Дворцовой Анжеликой Борисовной, Серым Кардиналом Краевого суда. Как Вы думаете, сколько времени мне понадобилось, чтобы выяснить все эти факты из Вашей биографии, Дмитрий Олегович?
Савицкий говорил с чувством, с толком, с расстановкой. Каждое слово оставлял висеть в воздухе, поэтому под конец его монолога Версаль почувствовала дрожь в коленях, а Дима сложил локти на столе и улыбался. Нехорошо так, с предвкушением. В его тёмных глазах сложно было прочесть что-то определённое. Казалось, его веселит ситуация, но Анжелика отчётливо поняла: если Савицкий продолжит копать, Чёрт захочет его уничтожить. Это раньше ему было наплевать на всё. Раньше он был один, свободный, жестокий, безжалостный волк во главе своей собственной стаи таких же волков. Сейчас в жизни Димы появилась Валерия, его слабое место, которое надо было защищать любой ценой несмотря на последствия.