– Боюсь, что когда Игорь начал искать жилье, намудрил чего-то, – перебила меня Лада. – А потом или на деньги попал, или его кинули.
– Гм, – сказал я неопределенно. Ничего невозможного в этой ситуации не было. Ничего хорошего, естественно, тоже.
– То есть, про такие вещи он на работе не рассказывал?
– В том-то и дело, что нет… А вы ему что ответили? Этому, в плаще.
– Ему-то я ничего не сказала. Говорю же, не понравился он мне. Я объяснила, что Игоря знать вообще не хочу, что мы давно в разводе, и пусть он ищет его где-нибудь в другом месте… Кстати, он тоже деньги предлагал. Только лично мне. Если я скажу, где находится Игорь. Я сделала вид, что очень хотела бы подзаработать, но это невозможно. Тогда он наконец отстал.
– Так вы, значит, действительно, не знаете, где он? – риторически спросил я. – А что насчет «другого места»? Извиняюсь за нескромный вопрос, у него есть женщина, да?
Лада скорчила едва заметную гримаску.
– Ничего не знаю, – сказала она. – И насчет того, есть ли кто у него, не слышала.
Было видно однако, что на эту тему ей говорить не хотелось. Кажется, без женщины на самом деле не обошлось. Вот только где бы ее отыскать? Вполне ведь возможно, что Таганцев как раз и скрывается именно у новой пассии.
– Кстати, никаких имен и адресов я на самом деле не знаю, – продолжила женщина. – Игорь говорил, что иногда проводит ночи, работая у заказчиков. Хотя я даже и не спрашивала… Кстати, это действительно бывает?
– Сколько угодно, – сказал я честно. – Еще один деликатный вопрос тогда… Выходит, что вы развелись не из-за того, что у Игоря кто-то появился на стороне?
Лада как раз допила кофе и поставила чашку на блюдце.
– Спасибо за мороженое, Саша. – Она дежурно улыбнулась. – Очень рада была познакомиться.
Все ясно: а теперь извольте заткнуться и доставить меня домой.
– Не за что, – сказал я, улыбаясь таким же образом. – Мне тоже приятно было побеседовать.
Эдик уже слегка поддал, но обычной веселости после принятия на грудь в его поведении я не заметил.
– Ну что? – спросил он меня. – Уволился?
– Нет, – сказал я. – Меня вызвали в уголовку и взяли подписку о невыезде. Так что остаюсь в Москве.
– По этому поводу стоит выпить, – заявил Эдик. – Мне денежку на карту кинули. Пошли, я угощаю.
Значит, мне сегодня опять суждено заложить за воротник. Ничего, это и к лучшему – отвлечет от нехороших мыслей.
Мы врезали по рюмочке под жареную картошку. Пошло неплохо. Пришлось повторить.
– Знаешь что, – сказал Эдик, отвлекаясь на перекур. – Думай про меня что хочешь, но я бы советовал тебе бросить самодеятельность. Не знаю уж в какое дело ты там влез, но если это связано с намеренными поджогами, да еще с жертвами, то это значит, что ты столкнулся с крутыми ребятами. С очень крутыми. Не с простыми уголовниками.
– Так я понимаю…
– Ничего ты не понимаешь… Я сам сталкивался с такими. По глупости влез в перегон краденых тачек из Германии. Даже не по глупости, меня к этому делу брат пристроил. Ну и перешли дорогу сети автосалонов.
– Так что – в салонах тоже угнанные авто попадаются?
– А как же? В некоторых – сколько угодно. Фриц или чех только прикатил домой на «нулевой» машине, а на нее уже заказ в Москве есть… Или в Грозном. Да хоть где, даже в Сибири. Тем же вечером фрица по башке, а тачку – через польскую границу, где все схвачено. Потом перебивают номера, новые документы ляпают. Все на потоке. Время одиночек прошло. Брат этого не понял, и его…
Эдик угрюмо замолчал, закурив новую сигарету.
– Я даже не знаю, где он остался, – продолжил он. – Догадываюсь только, что в Польше. Из Германии-то он выехал, а вот домой не вернулся. Но не поляки его грохнули, а наши. Это точно – они предупреждали… Так что пусть твой диск у меня лежит. Но ты все-таки лучше выходи из игры, если еще есть возможность. Не нам, знаешь ли, в такое играть.
… Диск я все же забрал у Эдика. На время. Чтобы слить с него «клон» системы, установленной у Веслова. Работенка была не из простых, учитывая существенную разницу в технических характеристиках наших ноутбуков, но я за полчаса справился.
В моем рабочем компьютере кто-то обстоятельно поковырялся. Была удалена часть программ, в числе прочих и та, с помощью которой я иногда в перерывах между выездами глядел, с кем и о чем треплется по «аське» женская половина нашей конторы. Кроме того, были отключены все гнезда, куда можно было бы воткнуть какое-нибудь устройство для переноса данных.
– Костя, это никак Влад Цепеш в компах шуровал? – спросил я.
– Точно, – сказал Лошаков недовольно. – Совсем параноик стал. Вчера, после того, как менты у тебя из ящика чей-то «винт» изъяли, он поотрубал все порты и начал удаленно копировать куда-то к себе информацию с наших машинок. Сеть вообще еле шевелится теперь, базы по десять минут открываются.
– Озверел наш вампир, – печально поддакнула Алиса. – Вчера закрыл доступ к «живому журналу». Из дома, говорит, будете теперь дневники вести, в блоги писать…
Нашего системного администратора прозвали в честь графа Дракулы неслучайно. Во-первых, его действительно звали Владом. Во-вторых, он был болезненно худ и бледен, а также клыкаст. В-третьих, все время сидел в полумраке серверной за плотными шторами. И самое страшное – не пил пива. Если верить байкам, все системщики питаются исключительно пенным напитком из ячменя, но наш Цепеш, как говорили злые языки, предпочитает употреблять кровь пользователей.
С другой стороны, Влад был вполне безобиден. И полагал, что кровопийца – вовсе не он, а большинство офисных пользователей, которых он за глаза называл «юзверями». Однако если его не злить и не донимать просьбами, не относящимися непосредственно к работе, мог оказаться белым и пушистым, как его фамилия – Зайченко. Надеясь, что застану сисадмина именно таким, я направился в серверную.
– Привет, Влад, – поздоровался я, заглянув в дверь.
– А, еще один хацкер , – осклабился Цепеш. – Здорово, заходи.
– Почему это я – хацкер?
– Сам уже догадался, наверное? Я ведь по-человечески просил: прекрати лазить по сетке. Понимаю, что ты из продвинутых, но сейчас ведь ты занимаешься другими делами…
– Согласен, – покаянно заговорил я. – Но я и прекратил…
– А программу чего тогда не снес?.. Ну ладно, больше не устанавливай ничего подобного. Я еще ни разу не писал докладных биг-боссу, и с тебя не хотел бы начинать. Договорились?
– Договорились, Влад… И еще просьба: Ты сейчас тянешь документы с моего компа на резервное копирование. Нельзя попросить, чтобы я кое-что у себя уничтожил, а ты потом сделаешь копию заново?
Влад поморщился, от чего стал на самом деле похож на вампира.
– Завтра, – сказал он неохотно. – Что там у тебя? Порнуха, наверное?
– Она самая, – я тоже сделал неохотную интонацию. Во всяком случае, весловские девки в мой компьютер успели перекочевать. Вместе с опасными документами.
– Ладно, – произнес Зайченко с легкой усмешкой. На упыря от этого он не стал меньше походить. – Договорились…
Тут я что-то начал соображать.
– Послушай, а кто еще у нас лазит по сетке?
– Кроме меня, только ты пытался.
– Но ты же говорил, что еще кто-то хакерствует!
– Когда?
– Да как только я к тебе зашел! Ты же сам сказал про меня: «еще один хакер»… Хацкер. А кто тогда другой?
– А! Так это твой коллега Таганцев, – сказал Зайченко. – Тоже гусь еще тот… Я уж хотел было ему по рукам дать, да он с тех пор на работе не появляется…
– Подожди-подожди… Слушай, Влад, это очень важно. Чью машинку он взломать пытался? Мою?
– Нет. Полез наружу. Конечно, он некоторые приемы неплохо знает, но следы заметать не умеет. Если на той стороне системщик или хотя бы пользователь умный оказался, Таганцева за руку могли запросто поймать. И у нашей конторы были бы неприятности.
– Когда он это делал?
– Сейчас журнал гляну… – Влад уставился на экран монитора, заколотил по клавишам. – Так, вот оно… Ага. Восьмое апреля, пятнадцать-двенадцать.