Во время похорон никаких особых событий не происходило, да и людей было не так много. Алекс стоял рядом с Никой, и крепко сжимал ее руку в своей. Рядом с ними стояли Маша с отцом. Эмоции на лице девочки прочитать было трудно, а отец, судя по всему, был погружен в свои воспоминания. В любых законченных отношениях, есть воспоминания, которые живут в голове лишь одного из двоих.
Дальше стоял отец обеих сестер. В молодости он был сотрудником завода, Алекс не знал какого именно. На заводе, в результате какого-то нелепого несчастного случая он потерял левую руку. Это был пожилой мужчина, крепкого сложения, с добродушными, но, вместе с тем, волевыми чертами лица. С седыми волосами, и вечно уставшими глазами. Сейчас же его глаза были словно завешены пеленой. Настя редко навещала отца в последнее время, и он даже не мог точно припомнить ту их встречу, которая оказалась последней.
Вроде как это было около 6—7 месяцев тому назад. Они тогда сидели на кухне, пили чай, и разговаривали о каких то пустяках. И сейчас, стоя здесь, он не мог избавиться от мысли о том, что карие глаза его старшей дочери уже никогда на него не посмотрят.
Помимо вышеперечисленных особ, за похоронами наблюдало еще четверо людей. Две женщины вытирали глаза одной салфеткой на двоих, были они примерно Настиного возраста — очевидно подруги, их у Никиной сестры было хоть отбавляй. Высокий черноволосый парень, на лице которого не читалось абсолютно никаких эмоций, но черные глаза его с интересом наблюдали за действиями священника. И пожилая женщина с светло серыми печальными глазами, которая оказалась родной тетей сестер. Кот, теперь уже лежащий на гранитном памятнике, в счет не шел.
Яркое солнце, и необычно весело поющие птицы, ну никак не вписывались в картину похорон — погода сегодня грустить явно не собиралась. Поэтому спустя три часа парень с девушкой медленно шагали по краю утеса. Отсюда открывался замечательный вид на море. Солнце уже садилось, и со стороны все выглядело так, словно вода поглощает в себя огромный огненный шар. Шар не хотел так просто уходить, и на прощание старался отдать как можно больше тепла, как можно больше ярких огненных лучей, которые ослепляли парня с девушкой, те смешно щурились и прикрывали друг другу глаза руками. Под светом заката их лица стали красными, смотреть на солнце было больно, но они почему-то оба смотрели. Они вдвоем провожали этот день.
Внизу утеса с шумом разбивались о камни морские волны. Тихо и монотонно — одна за другой, одна за другой. Трава здесь была им по пояс, однако она была податливой и ничуть не мешала ходьбе. Она была мягкой и пушистой, нежно гладила их своими колосками, и легко щекотала руки.
Глава 6
Алекс резко дернулся и проснулся, сильно ударившись головой о дверь автомобиля. Почти полминуты потребовалось ему для того чтобы осознать кто он такой, и где его сиятельство в данный момент находиться. Наручные часы с металлическим ремешком, показывали почти восемь часов утра, он облегченно вздохнул, осознав, что все-таки не проспал. Ему было холодно, и в этом не было ничего странного, ведь ночевать в машине в середине октября — так себе идея, честно вам скажу. Утро было пасмурным, и каким то серым. Он поспешно включил печку, и взял в руки мобильный телефон. Уже три недели подряд его утро начиналось с проверки входящих сообщений. Он улыбнулся, увидев, что она написала ему.
Машина Алекса стояла на просторной автомобильной стоянке, посередине проспекта, в одном из спальных районов города. С обеих сторон были дороги, ведущие в разные стороны, а между ними, посередине проспекта, расположился огромный торговый центр. Он был длинный, чуть больше километра в длину, и именно возле конца этого громадного здания, неподалеку от ярко зеленой вывески какого-то продуктового магазина, на стоянке стоял черный Лексус. А в нем сидел молодой парень, на вид не старше 20 лет. Его светлые волосы опускались практически до плеч, а глаза были заспанными, и взгляд их был направлен в экран мобильного телефона.
Улыбка так и не сошла с его лица, она была искренней и выражала полнейшее счастье, какое лишь может испытывать человек, который совершенно замерзший проснулся утром в своей машине. А его пальцы быстро и уверенно набирали одно за другим несколько сообщений в ответ. Печка работала усердно, и постепенно салон автомобиля начал наполняться теплом. Он мельком оглядел себя, и постарался разгладить рукав рубашки. Алекс любил цветные клетчатые рубашки, и считал, что они весьма шли ему. С этим его мнением были полностью согласны и все его знакомые. Зимой и поздней осенью поверх рубашки обычно было одето черное пальто, однако сейчас было еще не настолько холодно для него, хотя конкретно в это морозное утро оно бы нисколько не помешало.