Им чужда внутренняя тишина и сосредоточенность — все их потребности это постоянное и непрерывное движение. Движение в погоне за чем-то, движение в поиске чего-то. Синдром дефицита внимания и отсутствие сосредоточенности приводят к тому что для своей жизненной энергии им не получается найти одного конкретного вектора применения, энергия со временем рассеивается и растрачивается, а человек остается ни с чем — много энергии было потрачено, много вещей сделано, а результата никакого не видно даже на горизонте. И именно это, более чем что-либо другое и продолжает толкать человека все дальше и дальше вниз — в самую бездну.
С минуты на минуту должна была вернуться с работы Ника. Вот уже третий месяц как они с Алексом живут вместе, у обоих ребят такой опыт происходит впервые в жизни. Алекс всегда оберегал то, что он считал своим домом — островком уединения в огромном открытом мире. И пустив на этот островок девушку, он поначалу испытывал острую нехватку чего-то.
Когда это ощущение становилось особо острым, он попросту сбегал. Несколько часов проведенных наедине с самим собой, были для него как глоток свежего воздуха для утопающего. Не то чтобы он был нелюдимым человеком, или же ему было не комфортно в обществе своей девушки — вовсе нет, просто эти моменты уединения давали ему возможность абстрагироваться от всего, что происходит, побыть наедине с собой, очистить мысли и направить их поток в нужное русло. Парки и скверы старого города, были именно теми местами, где он искал и находил внутреннюю тишину.
Ника его не понимала. По характеру веселая и общительная, к внутренней тишине она не стремилась. Они оба были на работе с понедельника по пятницу, а по вечерам и в выходные дни, ей, как и любой другой девушке хотелось провести время со своим молодым человеком. А он пропадал.
Снег поскрипывал под ее сапожками, когда она подходила к дому. Это была длинная улица, с обеих сторон обставленная домами. На втором этаже, в ярко освещенном окне от пола до потолка, она видела фигуру парня, задумчиво глядящего из окна в темноту улицы — и ее обожгло осознание того, что выглядывает он там вовсе не ее. Алекс вел себя странно последнее время, а временами, словно вообще не замечал ее. Она помахала рукой, стараясь привлечь его внимание, однако, даже если он ее и заметил, то виду не подал. А скорее всего он просто был слишком погружен в самого себя, чтобы замечать кого-то вокруг. Зато она явно привлекла внимание кого-то еще.
Перед двухэтажным кирпичным домом росли две старые ивы. Присыпанные свежевыпавшим снегом, они выглядели точь в точь как на новогодней открытке. Это было похожу на картину из сказки. Яркий свет фонаря, освещая их, заставлял снег ярко блестеть, слепя девушке глаза. Однако под одним из старых деревьев было еще что-то. Две ярко красные светящиеся точки внимательно следили за движениями девушки, когда она свернула с улицы, и направилась к дому.
На улице стояла сверхъестественная тишина, поэтому скрип открываемой калитки показался девушке очень громким. Притворив ее за собой, она поспешила к дому, однако неожиданно воздух потряс нечеловеческий дикий визг. Она практически полностью потеряла ориентацию в пространстве. Это и близко не было похоже ни на один из звуков, когда-либо слышимых девушкой в ее жизни. Он был неестественно высокий, в нем звучала словно обида и сильнейшая ярость, которую ни одному человеку не дано испытать.
Стремительный черный вихрь, вылетев из под дерева налетел на нее, сбив с ног. Визг оказался словно материальным, она ощутила его всем телом. Он упал на нее откуда-то сверху, и в следующее мгновение девушка оказалась на снегу. Падение было значительно смягчено свежим мягким снегом, однако Ника тихо вскрикнула, упав на него. Шапка отлетела в сторону, и в этот же момент улица погрузилась в темноту. Опять стало тихо, но тишина эта давила на уши еще сильнее, чем только что стихнувший крик.
Погасли все окна в домах, а в следующую секунду, отчаянно зашипев, погас и фонарь. Последний раз блеснув, снег на ивах погрузился в темноту. В темноту погрузился и дом Алекса, с его собственной фигурой глядящей из окна.
Темнота была словно вязкая, ощутимая. Казалось, можно было протянуть руку и потрогать ее. Ника, резко дернувшись, и морщась от боли в ноге, испуганно отодвинулась назад, увидев прямо веред собой два ярко-красных горящих глаза, не мигая смотрящие прямо на нее в упор. Но она моргнула — и они исчезли. Девушка оглянулась, стараясь прийти в себя. Подогнув под себя ногу она вскрикнула от боли и ощупала ее — падение оказалось видимо не слишком для нее удачным. Она уже готова была подумать о том, что глаза померещились ей в темноте из-за неожиданного падения, однако внезапно увидела их вновь — они не мигая наблюдали за ней из того самого окна, в котором еще лишь мгновение назад она наблюдала фигуру своего парня.