— Волшебно, не правда ли?
Она отступила в сторону, к счастью, удержавшись от того, чтобы вскрикнуть, и повернулась. Высокий угловатый силуэт нависал над ней.
— Я отыскал Хасима в такой дыре, где не было даже абсента. Здесь он не ограничен в ингредиентах и свободен творить свою магию. Каждый глоток — незабываем, как о нем говорят.
— Мистер Прайс слишком добр, госпожа. Я просто люблю свою работу и делаю все на совесть.
Они проигнорировали ее испуг, либо не придали ему значения — или вовсе намеренно вводили ее в такое состояние. Что ж, придется подстраиваться на ходу.
— Я не слышала, как вы подошли.
— Я не двигался. Ваши глаза, должно быть, только привыкли к темноте.
— Да, наверное… Простите, если…
— Не стоит. Вы все сделали правильно и отыскали меня самостоятельно. Надеюсь, было не слишком вычурно? Должен признаться, что розы, на мой вкус — слишком банально, но ничего лучше не приходило на ум. Какие цветы вам нравятся? Чтобы мне не пришлось ломать голову в будущем.
Это отвлекло ее от тревожного опасения, что она оказалась изолированной, запертой в черной комнате с двумя незнакомцами. Цветы. Любимые цветы Даяны…
— Розы — это чудесно, мистер Прайс. Я была счастлива, впервые увидев их, и каждый раз, обнимая их. Больше, чем розы, мне нравятся только орхидеи.
— Тогда я рад, что угадал.
Силуэт сделал едва заметное движение, как будто его голова чуть дернулась. Он шагнул вперед, равняясь с ней. Тусклый теплый свет наконец коснулся части его лица — не юнец, но и не старик. Зрелый мужчина среднего возраста, выбритый и ухоженный, с гладкой укладкой, в черном бархатном костюме. Подал ей руку — кто носит перчатки в помещении? Возможно, просто неравнодушен к аксессуарам. Тогда цветок был нелепой, глупой затеей, нужно было найти что-то приличное и дорогое…
Актриса коснулась прически, чтобы невзначай вытащить бутон, но он мягким, бархатным голосом остановил ее:
— Оставьте. Вам так идет. В жизни вы еще прекраснее, чем на сцене.
— Разве вам это видно в таком мраке?
— У меня… Врожденный недуг. Поэтому, да, я превосходно вижу во тьме. Надеюсь, это не кажется вам слишком эксцентричным?
— Звучит больше как талант.
Он усмехнулся — не выдохнул, но очень похоже склонил голову.
— Своего рода.
Он продолжал уводить ее в темноту, и это даже не казалось подозрительным: вблизи проступали очертания кресел, крохотных приставных столиков, узоры на ковре были различимы в свете тускло мерцающей тонюсенькой гирлянды.
— Прошу, устраивайтесь, чувствуйте себя как дома.
Она сделала еще один осторожный шаг, уперевшись коленом в краешек низкого дивана. Коснулась подлокотника и присела, грациозно закинув ногу на ногу. Это ощущалось как игра с повязкой на глазах и будило в ней смесь странных эмоций от любопытства до возбуждения.
Не факт, что Даяне это нравилось, но актрисе определенно приносило удовольствие.
5.
— В общем, железная аргументация не потребовалась, и гаечный ключ пришлось вернуть даже не погнутым.
Джеймс хохотал, сидя в кресле напротив. Смеялся очень искренне, периодически утирая глаза, не боясь быть услышанным или потревожить кого-то. Судя по всему, это было его прибежищем, комфортным местом, где он знает каждого и все знают его, не допуская в его круг случайных лиц.
Несмотря ни на что, она чувствовала себя в безопасности и не понимала, почему. Не так много хороших вещей происходит во тьме. Но, если всматриваться слишком усердно, можно начать додумывать и увидеть что-то, чего нет на самом деле. Лучше сэкономить силы, закрыть глаза и слушать.
— Ох, давно я не получал столько удовольствия от простого разговора. Спасибо, что не смутились от моей просьбы и рассказали про ушлого ублюдка. У меня есть к нему пара ласковых, но, боюсь, ваш мрачный визит будет тяжело переплюнуть.
— Мистер Прайс?
— Просто Джеймс.
— Хорошо. Милый Джеймс, мне льстит ваше внимание. Это очень приятно, но я совсем не понимаю, что… Привлекло вас?
Он чуть откашлялся.
— Я считаю, что мои сильные стороны — в наблюдении, поэтому мне сложно устоять, когда я замечаю по-настоящему талантливую персону. Так, вы видели, произошло с Хасимом: он мечтал работать там, где сумел бы экспериментировать вволю и не беспокоиться о деньгах. Можете сами с ним поговорить.
Актриса взглянула на изящный бокал, полный загадочного напитка от этого особенного бармена. Она ещё не сделала ни глотка, не хотела терять самообладание ни на крупицу, но в какой-то момент это придется сделать, чтобы никого не оскорбить.