— В курсе, — вот сейчас скрывать что-либо от сына не собирался. — Я разрешения давать не собираюсь, и она об этом отлично знает.
— Тогда, смотри, настроена решительно, — счел необходимым предупредить отца Димка. Вот не спокойно как-то было на душе после визита Петровой. Не оставляло ощущение, что ею что-то задумано. Что-то не слишком, возможно даже, законное.
— Догадываюсь, — уж свою вторую жену знал отлично. Только обсуждать этого с сыном, по крайней мере в данный момент времени, не собирался. — У тебя всё? — вот в такой манере старался разговор не заканчивать, но сегодня… Слишком долго Рита что-то изучала в телефоне, с кем-то, если конечно ему не казалось, переписываясь…
— А у тебя там всё уже по-взрослому? Что, реально мешаю? — не удержался от легкой иронии Димка, давая тем самым понять отцу, что догадывается, в чьей тот может находиться компании. Хотя, улетая на очередные съемки, Константинов-старший, помнил точно, ни словом ни обмолвился про свой летне-дружеский роман, лишь точно обозначив область, в которой предстояло отработать очередные эпизоды очередного киношедевра.
— У меня — по-детски, — передразнил Алексей сына, с легким налетом сарказма, добавив, — А с вашей всеобщей помощью, вообще скоро станет — по ясельному.
— Ладно, давай, герой-любовник, — Димка решил всё же больше не отнимать время отца. Однако от легкой иронии отказаться не смог. — Ты только там с очередной женой через неделю в Питер не вернись.
Последняя фраза сына невольно вызвала усмешку Константинова. Вообще очень хотел, но никак не мог понять, как парень относится к вероятности появления в его, Константинова-старшего жизни, отношений с серьезной перспективой на будущее.
— Двоеженство у нас законом запрещено, шутник… — обронил он прежде, чем отключить связь. Однако успел услышать в трубку смех парня. Настроение оба себе, конечно, подняли. Вот только… Для него самого пока не все так гладко, как хотелось бы… А, может, оно и к лучшему, — мелькнула вдруг мысль. С Петровой всё было замечательно… До сих пор разгребается…
— Проблемы? — поинтересовалась Рита, спешно, как по крайней мере показалось ему, пряча в сумочку телефон.
— Да, как сказать… — а у него даже права не было узнать, кому она так спешно строчила послания, пока общался с сыном… — Проблема, но решаемая, — продолжал Алексей, на несколько секунд достаточно серьезно над чем-то задумываясь. — Рита… — и все же решил пойти на риск и попытаться закончить достаточно непростой для обоих, а уж для нее и подавно, разговор на затронутую чуть ранее тему. — Рита, скажите, если бы со своей стороны я дал вам гарантии в завтрашнем дне, вы согласились бы что-то изменить в своей жизни?
Под «что-то» определенно подразумевались её возможные серьезные отношения с другим мужчиной. И, как ни странно, но и у самой подобные мысли возникали. Совершила очередную большую ошибку, впустив в свою жизнь, уже впустив (пусть и не на столько близко как того, другого), этого человека. И хотя еще старалась сохранить максимальную дистанцию, не всегда получалось. И не всегда хотелось. Но, в то же время, было слишком страшно… Однажды уже проходила через ломку и боль потери…
— Интересно, какие гарантии может дать мужчина, имея в паспорте красноречивое свидетельство обязательств перед другой женщиной? — сейчас ему открытым текстом напомнили о браке. И на сегодняшний день это — самая серьезная преграда к любым его просьбам и даже — обещаниям.
— А вы правы, — не стал спорить Константинов, останавливаясь под ярко светящим уличным фонарем. — Хорошо, попробую сформулировать вопрос по-другому. Рита, если бы я предложил вам отношения. Серьезные отношения. Не в браке, понятно. По крайней мере на данном этапе. Но, гарантированно с поддержкой…
А поддержка от него была бы существенной, что Коташова понимала прекрасно. Только… Никто не мог ей гарантировать его безоговорочной верности… И вот это пыталась, безрезультатно, правда, донести в том числе и до Масловой, которая так желала устроить личную жизнь старшей подруги. А теперь — и до самого кандидата… Он не мог гарантировать главного — на всегда остаться в её жизни.
— Я бы ответила, что мне надо подумать, — прозвучал достаточно уклончивый ответ. — Сегодня вы есть, завтра вас нет, — продолжала она спокойно, при этом открыто на него посмотрев. — Мы люди совершено разного круга, Алексей, — а вот по имени тоже называла не часто. — Сломать прошлое легко. Но если вы исчезнете…